Книга Искатель, 2005 №8, страница 14 – Елена Глинкова, Кирилл Берендеев, Филип Хосе Фармер

— В каком смысле? — наморщил тот лоб. — С кем это?

— С Брайаном, естественно. Так, кажется, его зовут?

— Ах, с Брайаном, — усмехнулся Майк. — Да нет, мы с ним даже не знакомы… Вернее, теперь-то, конечно, познакомились… Я имею в виду, здесь, в «Белой Орхидее». Тут, как вы, наверное, уже поняли, дружить — хороший тон.

— Поняли. А что делать, если совсем… ну, совсем не хочется?

— Как, неужели я уже успел вам настолько надоесть? — преувеличенно удивился Майк.

— Именно настолько, — отрезала Машаи, повернувшись, пошла навстречу брату.

Тот остановился, поджидая пока она приблизится, окинул ее насмешливым взглядом и удрученно покачал головой.

— Бедный, бедный Андрейка… Надо ж до чего верно подмечено народом: с глаз долой, из сердца — вон. Но я все равно наябедничаю! Наш мосье нравится мне значительно больше… Прямо сейчас ему и позвоню.

Андрейкой, Андрюшей, Андрюхой и «мосье» в свойственной ему издевательской манере он называет Анри Дюпрэ, Машиного молодого человека, с которым у нее завязался роман на греческом острове неподалеку от Крита. Часть этого острова вместе с роскошным отелем теперь принадлежит ей… Даже думать об этом до сих пор странно — до чего она теперь богатая. На Крите сейчас не сезон, холодно. А с Анри договорились так: Маша с братом приедут на Пукет первыми и, если им понравится отель, останутся в нем, а нет — найдут что-то получше, и Анри присоединится к ним уже там. Дела пока требовали его присутствия в Париже.

— Жалуйся, сколько душе угодно, — презрительно фыркнула Маша в ответ. — И, кстати, можешь передать, мы остаемся в «Белой Орхидее». Здесь вполне приятно.

— Конечно, приятно! — ехидно сощурившись, поддакнул подросток. — И что немаловажно, присутствует пара белокурых красавцев, с которыми можно пококетничать, не то скука… Я все ему передам, не волнуйся!

Весело тараторя и заливаясь смехом, навстречу им шли австралийки. Маша улыбнулась, прежде чем разминуться, но одна из девушек, Барбара, остановилась.

— Хочешь с нами? — приветливо спросила она Машу.

Та собралась было отказаться, уже купалась, но, подумав — делать-то все равно нечего, — нерешительно кивнула.

— Если только я вам не помешаю.

— Ну что ты!

Захватив чистые пляжные полотенца из большой плетеной корзины, что стояла перед выходом на пляж, они втроем прошли по мощеной дорожке к берегу и, побросав вещи на лежаки, побежали в море.

Вода такая теплая, что купаться можно без конца — пока не надоест, замерзнуть здесь сложно. Они проплыли до буйков и обратно, девушки держались на воде уверенно, обгоняли Машу.

Потом они, повизжав, ополоснулись под душем — вода, странным образом, текла из трубы холодная, по крайней мере, если сравнивать с окружающей температурой, — после чего растянулись на лежаках.

Барбара вытерла руки полотенцем,покопалась в плетеной сумке и достала из ее недр пачку ментоловых сигарет. Ухватив за фильтр ухоженными накрашенными ногтями, вытянула длинную тонкую сигарету. Прикурила от золотой зажигалки.

— У вас сейчас там зима? — выпуская вверх дым тонкой струйкой, спросила она.

— В самом разгаре, — кивнула Маша; она размеренно простерлась на полотенце под пальмой и, честно сказать, уже даже сама не могла поверить, что сейчас где-то все совсем по-другому.

— Ну и как, очень холодно?

Маруся усмехнулась.