Книга Угасающий мир. Потоки времени, страница 37 – Саша Лисовски

Обо всем этом мы с Ильей узнали довольно быстро. Уже на следующий день, едва мы успели позавтракать под заботливым взглядом дородной мадам Даниэлы, как нас пригласили в просторный кабинет с зеркальными стенами Великого магистра Эсте. Сам хозяин восседал в пурпурном кресле с непроницаемым видом, а рядом расположился Бруно Мелагре. В отличии от величественного магистра, Главный куратор сильно смахивал на застывшего хищникаперед прыжком, его взгляд прожигал, словно рентген.

— Господа, — проговорил хозяин кабинета после обмена приветствиями и великодушным приглашением присесть, — мне бы хотелось поподробнее узнать, откуда вы прибыли.

— Наша родная планета называется Землей, — начал свой рассказ Илья. — Вполне заурядная планета, вращающаяся третьей по счету вокруг желтого карлика под названием Солнце с периодом 365 суток и наклоненная по оси…

— Это все, конечно, интересно, но скорее для астрономов, — не слишком вежливо перебил его Бруно. — Нас сейчас больше интересует, кто в вашем мире стоит у власти: люди или вампиры?

— Люди, — уверенно ответил Илья. — Вампиры у нас существуют исключительно в мифах, никто не может поручиться, что видел их в реальности.

Замечательно, и это говорит парень, который на момент нашего знакомства охотился на вампира, принял меня за вампира, даже проверил мою кровь на принадлежность к вампирам и орал про здешний воздух, пропитанный смертью. Хотя, может он и прав, осторожность превыше всего, кто его знает, какой тут расклад. Ладно, пусть болтает, тем более что меня все равно местные жители на данный момент по-любому не понимают.

— Мир, свободный от вампиров… интересно, — хмыкнул Бруно. — У нас в Угасающем мире иной расклад, поэтому я бы не советовал вам распространяться про нахождении людей у власти, дабы не быть обвиненными в государственной измене. И уж тем более не советовал бы относиться к вампирам как к мифическим персонажам.

— Почему? — с настолько простодушным видом поинтересовался Илья, чуть не погибший вчера в вампирской паутине, что я сразу мысленно поставил ему пять баллов за актерское мастерство. Станиславский бы точно оценил.

— Думаю, имеет смысл немного ознакомить вас с историей Угасающего мира, — вступил в разговор господин Эсте.

Он нажал на подлокотник и перед нами в воздухе засветился огромный экран. Еще пасс рукой — и перед ним возникло что-то вроде пульта с разноцветными кнопками. Достопочтенный Эсте пробежался по клавиатуре пальцами, унизанными массивными перстнями, и экран заполнился изображением космоса с кучей звезд. Еще мгновенье — и грань между экраном и комнатой исчезла, изображение обволокло нас. Зеркальные стены, пол, потолок — все растворилось в бездонной черноте космоса. Мы словно парили в невесомостив бесконечном пространстве, между разноцветных всполохах пульсаров и губительных червоточин черных дыр, почти физически ощущая яростный жар пылающих светил среди смертельной ледяной пустоты. Наши тела словно превращались в пепел и покрывались коркой льда одновременно.

Но парение в невесомости длилось недолго: неведомое космическое течение подхватило нас и мы провалились, понеслись на бешеной скорости в устрашающие глубины Космоса. Вокруг нас со всех сторон кружились, ослепляли, мерцали, пульсировали белые, желтые, красные, голубые звезды, сбиваясь в потоки. Потоки закручивались в спирали галактик. Галактики пронзительно вибрировали, окутывались туманностями и уносились прочь. А мы продолжали нестись сквозь пространство.