Онлайн книга «Проклятие покинутых душ»
|
Жизнь, казалось, смилостивилась над «бедной сироткой», как часто звали ее в родном городке. Нюта даже завела разговор с заведующей, чтобы перейти из уборщиц в ночные нянечки, – сад был круглосуточным. Но чья-то жестокая рука повернула колесо судьбы не в ту сторону: тяжело заболев, слегла бабушка. Ей требовались постоянный уход, дорогие лекарства, хорошее питание. Нюта пыталась совмещать учебу с поездками домой, не высыпалась, завалила очередную сессию – и, бросив учебу, вернулась, устроилась на лакокрасочный завод на посменную работу. Так разбилась ее первая мечта. Второй, самой заветной, была своя семья, с любящим мужем и парой ребятишек… Бабка болела долго, периоды ремиссии сменялись обострениями, но она цеплялась за эту жизнь, как дикий виноград за их покосившийся забор. И так же цеплялась она за внучку, единственную свою опору, оплетая ее своей беспомощностью, своими жалобами и слезами. Нюта давно потеряла счет неделям, месяцам и даже годам. Дождливые осенние дни сменялись морозными снежными зимами, вслед за весенней распутицей приходило короткое, но жаркое лето. А она так и сновала между заводским цехом и домом, который превратился в больничную палату, пропахшую лекарствами и испражнениями, между аптекой и огородом. Что ела, во что одевалась – даже и не помнила. Однажды врач, приехавший на очередной вызов, отвел ее в сторону и тихо сказал: – Вы бы поискали место в специализированном доме престарелых для таких больных. Там и уход медицинский какой-никакой, и вы бы вздохнули. Молодая ведь женщина, не губите себя. Нюта с врачом спорить не стала, вежливо проводила до дверей и, остановившись в небольшом коридорчике, взглянула в помутневшее, засиженное мухами зеркало. На нее смотрела уставшая, изможденная женщина, которой можно было дать и тридцать пять, и все сорок лет. Синяки под глазами, сальные волосы с ранней сединой, торчащие из-под старушечьего гребня. Изъеденные краской руки с огрубевшей кожей и обломанными ногтями. А ведь Нюте только что исполнилось двадцать пять. Ее ровесницы давно обзавелись семьями, нарожали детей, некоторые даже успели развестись. А те, кто замуж пока не вышел, бегали на танцы, ездили на юг, крутили романы. Обрывки разговоров об этой, совсем другой жизни она слышала то в автобусе по дороге в райцентр за дефицитным лекарством, то в заводской столовке, то от соседки, которая хвасталась успехами дочки, школьной учительницы в большом городе. Все это было не с ней, не здесь и не сейчас. В редкие минуты отдыха Нюта представляла, что она – та девочка-фигуристка с крышки «самогонной» коробки, которая вернется с катка в красивый уютный домик, где под елкой лежат свертки с подарками, а за нарядно накрытым столом ее ждут любящие мама и папа… От таких мыслей щипало глаза, учащенно билось сердце и все валилось из рук. Вот и сейчас она задумалась, выпав на мгновение из неприглядной реальности, и уронила ампулу с дорогим обезболивающим лекарством. Десятки маленьких острых осколков разлетелись по полу. Собирая их, она больно порезала палец, капли крови забрызгали единственную приличную блузку, которую она не успела переодеть. – Дурында, – злобно прохрипела старуха, ставшая еще более раздражительной и нетерпимой. – Не руки, а решето. Забыла, гадина, кто тебя растил, кто кормил, в могилу меня свести хочешь. |