Книга Проклятие покинутых душ, страница 76 – Елена Асатурова

Конечно, ценные экземпляры могли украсть или потерять при перевозке, но в то время за такое несложно было загреметь в тюрьму или сразу попасть под расстрел. Версия о том, что часть картин осталась в семье владельцев или в их усадьбе, была жизнеспособна. До этого момента все подобные архивные находки выводили меня на ценности, припрятанные купцами и помещиками от советской власти. Неслучайно же Николенька не спешил покинуть родной дом и воссоединиться с невестой. И охота за коллекцией Томилиных началась.

Я перебрался в Ладожск, создав себе удачную легенду. Устроился на работу в лицей и даже сумел сделать так, чтобы мои частые визиты в бывшую усадьбу не вызывали лишних вопросов. Дополнительные занятия с воспитанниками детского дома давали возможность наведываться туда фактически в любое время. Но пока никаких следов тайного хранилища, где могло быть спрятано наследство Томилиных, я не нашел. Ни осмотр флигеля и дворовых построек, ни простукивание стен не дали результата. Я даже смог залезть на чердак, но только измазался в голубином помете и паутине. Последней версией было наличие под зданием подвала, но о нем никто ничего не знал. Вся надежда была на план, копию которого сейчас рисовала любопытная Кира.

Начавшийся в детском доме ремонт и планы местной администрации по завладению усадьбой заставляли меня торопиться. А уезжать из Ладожска с пустыми руками мне совсем не хотелось. Я бы мог давно завязать с этими поисками, уйти на покой, уехав в маленькую и тихую европейскую страну, где меня ждали уютный особняк и счет в банке, – накоплений благодаря моим поискам хватало с лихвой. Но ни с чем не сравнимый азарт охотничьей собаки, вытаскивающей добычу из глубокой норы, не давал остановиться…

На уроках я не мог думать ни о чем, кроме старого плана. Поэтому дал ученикам задание написать эссе о достопримечательностях Ладожска и окрестностей – в любом случае они пригодятся для всяких краеведческих конференций. Время текло медленно, словно загустевшее варенье. Я то и дело посматривал на часы, сверяя их с большим настенным циферблатом. Делал вид, что не слышу, как переговариваются между собой ученики, и не вижу, как они списывают друг у друга. Прозвенел звонок с последнего на сегодня урока, и я, запихав в портфель листочки с работами, выбежал из школы. Чуть не сбил с ног директрису, Карелию Вениаминовну, удивленную моей спешкой.

Со словами «Быть всем непременно и в костюмах» она всучила мне пару пригласительных на бал-маскарад в мэрии.

Впервые я пожалел, что не обменялся с Кирой номерами телефонов. Конечно же, у меня был мобильник, и даже не один, новейшей модели, и оснащенный самыми современными программами ноутбук. Но никто из близкого окружения не знал об этом. Завершив свои дела в Ладожске, я исчезну, и отследить меня будет невозможно.

Положившись на удачу, я отправился к дому, в котором Кира с подругой снимали квартиру. Тщательно отряхнув снег с пальто, поправив очки и шарф, я нажал кнопку звонка и прислушался: не зазвучат ли детский голос и топот ног. Я надеялся, что застану Демину одну.

Так и вышло. Подруга с девочкой ушли готовиться к новогоднему концерту, а Кира с воодушевлением потащила меня в комнату, к большому столу у окна. В домашней обстановке, спортивных брючках и футболке с Микки-Маусом она выглядела совсем молоденькой, хрупкой и беззащитной. В других обстоятельствах я мог бы за ней поухаживать и даже влюбиться.