Книга Призраки затонувшего города, страница 34 – Елена Асатурова

Он схватил с подоконника кусок ржавой железякис загогулинами.

– Давайте вернемся к вашему посещению усадьбы. – Мне все же пришлось остановить красноречивого Тиграна, хотя в другое время я бы с удовольствием послушал его рассказ о знаменитом зодчем и необычных находках.

– Да-да, конечно, простите, я знаю, что слишком увлекаюсь. Позавчера Ирина-джан заходила к нам утром. Какую-то заказанную ею посылку по ошибке доставили в отель. Матвей, помнишь, ты еще вызвался помочь донести коробку? И тогда она пригласила нас вечером на ужин, сказала, что хочет познакомить своих друзей с такими интересными людьми, – Аветисян горделиво прижал к груди сложенные ладони, – чтобы разговоры были не только о строительстве дома и медицине.

– Ну да, есть такой тип людей, которые любят развлекать публику новыми персонажами. Почти как в комедии «Ужин с дураком», – буркнул Фадеев, и стало понятно, почему он не пошел к Кругловым со всеми, сославшись на занятость, – не хотел быть тем самым дураком.

Укоризненно взглянув на товарища, Тигран продолжал:

– Неудобно было отказать такой женщине. Вот мы и пошли. Даже подарок приготовили – старинный кувшин, поднятый со дна Русского моря, артефакт, прекрасно сохранившийся. И бутылку армянского коньяка, я привез парочку с собой, но у нас тут сухой закон, пока не закончим погружения.

Он опять вскочил, метнулся к кухонному шкафчику и водрузил на стол пузатую бутылку с яркой этикеткой и круглой блестящей крышкой, напоминающей корону. Жидкость цвета темного золота заиграла в солнечных лучах. Я подумал, что было бы неплохо при других обстоятельствах распить эту бутылочку в столь необычной компании. Но отвлекаться было не время.

– Расскажите, что происходило в усадьбе.

– Да что обычно происходит на таких вечеринках? – Это уже Запольский вступил в разговор. – Хозяева хвастались новым домом, гости охали и ахали, хвалили дизайнера. Кстати, очень милая девушка, талантливая, но скромная.

– Худая только очень, – вставил слово историк.

– Ну, на вкус и цвет все фломастеры разные. Так вот, посидели, поели. Фаршированная щука была вкусная, свежего улова. Коллеги хозяина выпили прилично, перешли на разговоры о работе. Тигран развлекал дам своими тостами и байками, чтобы не скучали. О легендах целая дискуссия возникла. Потом одна пара уехала, Ирина подала кофе и коньяк, мы еще поболтали немного и ушли, встаем жерано.

Я расспросил о других гостях, но ничего стоящего не узнал. Курочкин с серьезным видом строчил в своем блокноте, чтобы потом вытащить из объяснений нужные крупицы информации. Мне нестерпимо хотелось уйти из бунгало, в котором, несмотря на наш довольно оживленный разговор, висела боль утраты юной и красивой девушки. Я то и дело бросал взгляды на Романа Фадеева, а мысли мои летели в это время к другой девушке, которую я когда-то видел на волосок от смерти. И которая сейчас тоже нуждалась в защите. Оставалось задать последний вопрос – о картине.

– А как же, хозяин усадьбы постоянно обращал на нее внимание гостей, рассказывал историю о своей родственнице. Кажется, она была монахиней. В итоге все устали от этих разговоров, но делали вид, что им интересно. Скорее всего, это просто легенда, выдумка, – скептически заметил Запольский. – Она вряд ли представляет какую-то ценность, даже странно, что кто-то решил ее украсть.