Онлайн книга «Опасные тени прошлого»
|
Твой Жора». Конечно, мне бы хотелось думать о своем прадеде как о человеке с чистыми руками и горячим сердцем, но оставаться героем в смутные времена нелегко. К тому же пока неясно, что могло находиться в тайнике. Да и откуда в Рыбнинске копи еврейского царя? Понимая, что зашла в тупик в своих размышлениях, я налила еще кофейку и, достав семейный альбом, стала разглядывать фотографии, сравнивая их с теми, что были на стенде в костеле. Выходит, Георгий Доронин знал Игнатия Левандовского, прадеда Бориса, по крайней мере, встречал его. И участвовал в изъятии церковного имущества… Нехорошая мысль настойчиво скреблась внутри, становясь все более правдоподобной. Не об этих ли драгоценностях пишет Жора Лаврику? Надо бы расспросить Бориса, что ему известно о тех событиях… Мои раздумья прервал звонок в дверь. Подскочив от неожиданности, я бросилась в прихожую, но вернулась к столу и сунула голубую папку под плотную гобеленовую скатерть. «Помяни черта – и он появится», – вспомнила я любимую поговорку моей мамы, увидев на пороге как всегда непринужденного и элегантного поляка. На этот раз вместо цветов он протянул мне коробочку из соседней кондитерской, славящейся своими пирожными. – Мне захотелось napić się herbaty[19]в домашней обстановке, с любимой девушкой. – Борис широко улыбался, и от этой улыбки противная скребущаяся мышка-мыслишка, казалось, убежала. – Сладости будут кстати, – улыбнулась я в ответ. – Тем более что цветы ты мне вчера уже оставил. Правда, меня немного удивил твой выбор… – Какие цветы? – прервал меня гость. – Кира, я не приносил тебе вчера никаких цветов. У меня произошел небольшой несчастный случай, и я весь день провел в отеле. Только тут я заметила аккуратную повязку на руке Бориса, успокоившего меня, что это пустяк, царапина. Выслушав рассказ о букете под дверью и внимательно осмотрев вазу, Борис неловко пошутил: – Должно быть, у тебя появился тайный поклонник. Но взгляд его при этом был задумчивым и серьезным, а не веселым. Мне не хотелось продолжать этот разговор и портить вечер, поэтому я начала заваривать чай и накрывать на стол. Чаепитию предшествовали милые комплименты, осторожные поцелуи, которые становились все более настойчивыми и лишали уверенности. Я пока была не готова к столь быстрому развитию событий. Урок, который преподал мне бывший жених Кирилл, не прошел даром. Но Борис был так нежен, что моя сдержанность рушилась от его слов и прикосновений, как песчаный замок под натиском волн. Тело перестало слушать голос разума и отвечало на ласки, и наконец водоворот страсти поглотил нас обоих. Борис легко подхватил меня на руки и унес в спальню… Когда мы вернулись к столу, чай давно остыл, но до него ли нам было? Чтобы скрыть переполнявшие меня эмоции и успокоиться, я решила показать Борису копию описи и перевела разговор на события тех времен. Оказалось, что он уже знаком с этим документом, потому как, взглянув на него вскользь, принялся с неожиданным жаром рассуждать о несправедливости советских властей, грабивших польскую церковь. Удивительно, совсем недавно с таким же пылом он объяснялся мне в любви. – Как ты думаешь, – я изобразила полное недоумение, – могли священники утаивать какое-то имущество? Возможно, изымалось не все, что-то удавалось сохранить и спрятать? |