Книга На отшибе сгущается тьма, страница 138 – Амалия Лик

– Мне повезло, что тебе не повезло ехать в такую погоду.

Я засмеялся.

– Знаю, это не время для прогулок. Но зато лучшее время, чтобы начать новую жизнь, – сказала она тихо и посмотрела в окно.

И это было словно удар молнии. Знак судьбы. Я улыбнулся и сказал:

– Меня зовут Кен.

Но все пошло наперекосяк. Я притормозил на обочине у поворота, за которым начинался лес. Она насторожилась.

– Зачем остановился? – спросила девушка.

– Странный звук. Что-то с машиной.

– Я ничего не слышала, кроме дождя.

– Сейчас быстро гляну, а то застрянем еще тут.

Я отстегнул ремень, вышел, открыл заднюю дверь и уже взялся за рукоятку, почувствовал ее тяжесть, как увидел, что она рванула к лесу.

– Черт, – выругался я и помчался за ней.

Я был сильнее и быстрее. Нагнал ее и, ухватив за куртку, повалил на мокрую землю. Обычно я наношу всего один удар. Сильный, меткий, меняющий все. Но не с ней. Она кричала так пронзительно и с такой силой вырывалась, что одного удара не хватило. Она извивалась словно змея, а я продолжал бить. Вскоре девушка обмякла, лежа в луже, а я сидел рядом и тяжело дышал. Она не была красивой, как другие. Но когда я понял, что от ее лица ничего не осталось, это ужасно расстроило меня. Почему она не поняла, что это была судьба, что я тот, кто подарил ей новую жизнь. Она все испортила. Все. Я чувствовал, как дождь смывает с меня ее кровь, но этот запах стоял повсюду. Запах влаги и металла. Я встал. До дороги было не так далеко, но я не хотел ее трогать. Она этого не заслужила. Я быстро добежал до машины и подогнал ее ближе к лесу. Достал чистящие средства, облил ее тело и протер тряпкой. К голове даже не притронулся. Пусть все увидят, какая она была на самом деле. Потом протер свое лицо и руки. Сжечь улики в такую погоду было невозможно. Я вернулся к машине, переоделся, сложил тряпки и свои грязные вещи в пакет, убрал его подальше в кузов и поехал домой.

Но когда я подъехал к дому, то почувствовал что-то неладное. Шторы на окнах были задернуты, дверь в сарай открыта. Первой мыслью было то, что Джейн вернулась. Но если так, то что случилось?

Я быстро пошел к дому. Тихо открыл дверь и вошел. Из комнаты Джейн доносились голоса. Я сразу понял, что она была с ней. Они напряженно о чем-то спорили.

– Джейн, – позвал я, и голоса затихли.

Дверь открылась, за ней стояла моя сестра. Она была бледной и взволнованной. Ее взгляд недоверчиво зацепился за меня, словно мы вернулись в тот день, когда встретились на мосту.

– Что происходит? – спросил я.

Из-за ее спины появилась Иллая. Она была одета в джинсы и футболку, с каштановых спиралей ее волос на плечи падали капли, а карие глаза в упор смотрели на меня. Они были похожи, но в то же время совершенно разные. Джейн была гладью моря в дни штиля. А Иллая бурей, которая поднимала морской вал.

– Познакомишь? – спросил я.

Но они обе молчали. Я заметил, как Иллая сжала руки в кулаки.

– Что происходит, Джейн? – вновь спросил я.

– Нам надо уехать.

– Ясно. Ты вернулась, чтобы сказать мне это? – усмехнулся я и взъерошил все еще влажные от дождя волосы.

– Нет. Она вернулась, чтобы спросить, – грубо ответила Иллая.

– Спросить? – повторил я. – Спрашивай, но вначале я хочу выпить кофе.

Я пошел на кухню – там у меня был припрятан пистолет. На всякий случай. Когда ведешь двойную жизнь, нужно всегда быть готовым к неожиданностям. Я быстро достал его и убрал в джинсы под футболку. Включил кофемашину и маленький телевизор, который висел на стене в кухне. В новостях показывали горящий сарай и фотографию Иллаи. Я почувствовал на себе их взгляды.