Книга На отшибе сгущается тьма, страница 155 – Амалия Лик

Сирена ошарашенно смотрела на него. Казалось, что он избивал ее словами, уничтожал, растаптывал.

– Лучше бы ты убил меня, – сказала она, пока слезы текли по ее лицу.

– Если ты этого просишь, – произнес Кори и улыбнулся. – Я хотел, чтобы все было иначе, но ты… Ты, как и Синди, предавала меня снова и снова. Снова и снова. Я терпел, ждал, надеялся. Но тебе этого было мало. Его, – он показал на лом, – сделали на заказ, он особенный, как и ты, Джейн.

– Что вы сделали с Агнес? – спросила Сирена.

– Агнес? Ничего, – засмеялся Кори, а Захари только грустно улыбнулся. – Это касается только нас.

– Где она, мать вашу! – закричал Ален и был готов кинуться на них, как заболевший бешенством пес.

– Я отвез ее в больницу, к тебе, – вновь усмехнулся Кори. – Сказал, что у тебя начались осложнения. А потом по дороге дал попить чая, не переживай, там снотворное на травах, я посоветовался с врачом, меня заверили, что оно не должно повредить плоду. Когда привез в больницу, сказал, что ей стало нехорошо. Думаю, они о ней позаботятся.

Алена пошатнуло.

– Как ты мог о нас так подумать, Ален? – засмеялся Захари.

– Агнес хорошая женщина, она мне нравится. Я считаю, ей будет намного лучше и спокойнее без тебя, детектив, – добавил Кори. – И ты же не думал, что мы способны причинить вред беременной девушке?

Ален ничего не ответил и только провел ладонями по мокрому от пота лицу.

– Мы не монстры. Зак мстил за Иллаю, а я спасал Джейн.

– Спасал? Ты убил стольких девушек, – всхлипнула Сирена.

– Я их не убивал, а освобождал. Их ждала ужасная участь, как и Синди. Она прогнила изнутри, и я сделал то, на что никто другой не был готов. Я – Вершитель. И сегодня каждый из нас сделает выбор. Ален свой уже совершил. Он привел вас к нам.

– Значит, все эти убийства были, чтобы найти и выманить нас? Зак, ты убил шесть неповинных человек, – произнесла Иллая. В ее тоне не было осуждения или злости, а только горькое, пропитанное болью и сожалением осознание.

– Ну, формально он никого так и не убил, – усмехнулся Кори, но Захари его прервал:

– Я мстил за тебя, Иллая. Они все были виновны и порочили твое имя. Они тебя совершенно не знали, но говорили, словно были лучше тебя. Они радовались твоему проигрышу, твоему горю. Они не поняли, почему ты поступала так. А я понял. Я всегда тебя понимал. Ты хотела очистить этот мир от гнили, которая уже заразила так много людей.

– О, Зак…

– Я пытался забыть тебя, пытался жить дальше. Учеба в университете мне не нравилась, вся эта психология не мой конек. Но я отучился. Ради тебя. А потом нелюбимая работа, нелюбимая жизнь.

– Зато ты отлично играл свои роли, – похвалил его Кори.

– Это я умел всегда, чтобы вписаться в чуждую мне жизнь. А потом заболел. Еще одно испытание. И я ринулся в бой, но и тут проигрывал по всем фронтам. А когда узнал, что ты погибла, борьба с болезнью потеряла смысл. Я думал, что ты уже в другом месте и ждешь меня. Верил, что скоро мы наконец встретимся вновь. Но…

– Я его нашел и рассказал всю правду… что вы живы, – он, улыбаясь, поглаживал лом.

– Это подкосило еще больше. Я не хотел одиночества, только не там. У Кори был план, как найти тебя. И я согласился и поехал с ним. Он знал, что ты привязалась к Расмусу, Кори знал все и обо всех. Словно ангел, посланный мне в награду. Ангел, который согласился привести меня к тебе. Или тебя ко мне. Так я стал психологом Дереком Муном.