Книга На отшибе сгущается тьма, страница 95 – Амалия Лик

Расмус принял душ, взял ноутбук и пошел на кухню. Включил кондиционер и открыл дела о пропавших. Просмотрел их, выписывая в блокнот детали, которые сегодня и так уже обнаружил за него искусственный интеллект. Но Ален ему не доверял. Потом он зашел в базу и сверил свои заметки с тем, что сделала программа. Программа нашла больше сходств, чем смог Расмус, но у него и не было времени более детально все изучить.

– Да уж, – тихо сказал он сам себе. – Скоро нас всех заменят эти искусственные мозги, а нам только и останется, что бегать с пистолетом.

Несмотря на возмущение, он понимал, что зачастую время играет решающую роль. И с помощью такой программы у них может быть преимущество, которого обычно не бывает.

Расмус еще раз просмотрел заметки. Все похищения совершены в последние два года. В этом не было бы ничего странного, если бы не чистота, с которой они были сделаны. Ни следов, ни свидетелей, ни улик. Словно девушки шли по улице, а потом испарились в один миг. И никто их толком не искал. Он бы тоже первым делом подумал, что они сбежали. Возраст, гормоны, среда жизни, плохие компании и ссоры с родителями. И вот вспыхивает предубеждение, которое препятствует работать на максимуме, заставляет оступиться. И так раз за разом. Но его коллеги искали пропавших, проводили мероприятия. Он не заметил того, что было не сделано. Да еще к делу подключились его коллеги и все равно ничего не обнаружили. А такого не бывает, особенно с первыми преступлениями. Первые случаи всегда самые грязные. Но в деле первой пропавшей не было абсолютно никаких зацепок.

«Значит, она точно не первая», – подумал Ален и начал шерстить полицейскую базу. Первое похищение – это след, который направит его в нужную сторону.

На улице уже светало, а он все перебирал дела, которые ему выпадали. Он отметил еще три похищения в других округах, но они словно выделялись из серии.

«Что я делаю не так? Что мы делаем не так? Иллая с сестрой ищут его уже около года, они наверняка просмотрели все дела о похищениях с общими признаками жертв. Но ничего не нашли. Ни одна из девушек не вернулась. Скорее всего, они мертвы или он где-то их удерживает».

Ален насупился, вошел в настройки базы, убрал галочку, согласно которой ему выдавали только дела по пропавшим без вести, и ввел то, что объединяло девушек.

Появился список из сотен дел. Расмус протер глаза и посмотрел на время. На сон оставалась всего пара часов. И они были ему нужны. Скорее всего, следующую ночь он проведет в управлении. Ален закрыл ноутбук и устроился на диване.

Трель будильника вырвала его из забытья. Ему казалось, что он только прилег, но на часах было уже начало седьмого. Тело казалось каменным. Детектив встал с неудобного дивана и поплелся в душ. Когда вышел, то почувствовал запах кофе и жарящейся яичницы.

– Ты чего так рано встала? – спросил он у Агнес, которая крутилась у плиты.

– Хотела поймать тебя, неуловимый Ален, – усмехнулась она.

– Прости, – улыбнулся детектив.

– Хватит, не хочу извинений, когда ты не раскаиваешься.

– Я раскаиваюсь, – возмутился он.

Агнес уперла руки в живот и посмотрела на него.

– Вот черт.

– Вот-вот. Что стало с твоей памятью, Расмус? Ты все время забываешь, что я тоже детектив. Я чую ложь за милю.

Он подошел и нежно обнял ее, поцеловав в щеку.