Книга Убийство в санатории «Таёжный», страница 20 – Елена Терехова

– И где ж вы так успешно трудитесь, лучшие люди коллектива? – полюбопытствовал Потапов.

– В РММ автобазы «Центральная», токаря мы. Универсалы, – в тон ему ответила Лена.

Алексей снова окинул женщину взглядом и отвернулся.

– Ладно, лирические отступления закончены. Теперь закрой рот и делай то, что положено, – молчи и подписывай бумажки. Умозаключения делать будут профессионалы, а не точильщики гаек и винтиков.

Слова неприятно резанули по сердцу, и к глазам сразу же подкатили предательские слёзы, но Лена смогла сдержаться. «Не обращай внимания. Потом, всё потом…»

Осмотр места происшествия между тем шёл полным ходом. Беспрестанно щёлкал фотоаппарат со вспышкой, люди переговаривались между собой. Борисова невольно прислушивалась к их разговору.

– Если б моя Маринка такой костюмчик приодела, я б её неделю из койки не выпускал, – заявил один из оперов, осматривая тело Эльвиры. – «Маде́ ин Италу́». Это где ж такое?

Он держал пальцами тряпочную бирку от кружевных панталончиков пеньюара, которая торчала в районе пупка убитой. На белой ткани ярко выделялся трёхцветный зелёно-бело-красный флаг Итальянской республики.

– Двойка тебе, Шишкин, по английскому языку. «Италу́», – рассмеялся другой, – Италия это, дружище, Италия. И стоит такое кружевное чудо у спекулянтов примерно пять твоих зарплат, ну, может, чуть поменьше. Если ты своей Маринке надумаешь такое купить, то экономить придётся жёстко – ни есть, ни пить, ни курить. И тогда уж сил на койку точно не останется.

– Записывай дальше, Сергеич: «Предварительно: удушение совершено при помощи пояса от болоньевого плаща-пальто или куртки голубого цвета. Данного предмета одежды в гардеробе погибшей не обнаружено. Судя по цвету ткани, пальто женское или подростковое…» Так, что ещё? Два ногтя на левой руке сломаны, на шее трупа с левой же стороны имеются характерные царапины. Возможно, погибшая нанесла их себе рефлекторно в процессе удушения…

– Да баба из-за мужика в петлю полезла, как пить дать, – громким шёпотом пробубнила полногрудая женщина в форменном платье-халате, таком же, как и у первой горничной, обнаружившей тело.

Стоявшая рядом с говоруньей бледная моложавая дама с модной причёской и стройными бёдрами в тесно облегающей юбке покачала головой:

– Пеньюар какой вызывающий! Красный, надо же! Разве приличная женщина наденет такое бельё? Хотя… Я не замечала, чтобы она вела себя как-то недостойно, приезжала-то часто к нам.

– И что? Она же женщина, из плоти и крови, ничто не чуждо, как говорится. Нарядилась, напудри́лась вся, ясное дело, что для хахаля старалась, а он, скорее всего, послал её куда подальше и не явился. Или приехал под покровом ночи и послал. Не девочка уже, в таком возрасте любовь – вещь серьёзная, – возразила вторая горничная.

– У нас каждый суслик – агроном, а в данном случае – гений сыска, – пресёк посторонние разговоры Потапов, – вот только выводы давайте отложим до того момента, как эксперты свой вердикт вынесут.

– Алексей, – тихо окликнула Борисова, – можно вопрос?

– Что?

Он не любил, когда его отвлекали. Да и прокурорский следователь наблюдает за работой группы, упустишь что-нибудь важное – голову оторвёт.

– Тут все поговаривают о самоубийстве. И на первый взгляд вроде бы так и есть. Мне просто интересно, что может заставить такую, как Марго… в смысле Эльвиру… что может заставить её залезть в петлю? Она красивая, явно не бедная, на хорошей должности… Меня пояс этот смущает. При этом Эльвира далеко не Дюймовочка, с такой не каждая женщина физически совладает, если решится на убийство.