Книга Убийство в санатории «Таёжный», страница 67 – Елена Терехова

– Да нечего нам сказать больше того, что уже сказано! – не выдержала Борисова. – Мы ничего не совершили, за что нам могло бы быть стыдно!

– Верю-верю… Каждому зверю, а тебе, ежу, – погожу. – Потапов не повысил голоса, но этого и не требовалось. – Я Ваське-«Тугрику», у которого восемь «ходок», временами доверяю больше, чем дамочкам вроде тебя, хитро сделанным.

– Лёша, отпусти нас домой, пожалуйста. – Женщина действительно очень устала. – Нам скоро на работу. Мишка, наверное, волнуется, потерял меня. Не сбежим же мы, в конце концов! По первому требованию явимся, честное слово!

Алексей смотрел на подруг покрасневшими после суточного дежурства глазами. Сил спорить не было, но оставить эту тёплую женскую компанию вовсе без возмездия… Нет!

– В общем, так, граждане тимуровцы, – он встал и вытащил вновь задремавшего котёнка из шапки, – забирайте четвероногого друга и чешите отсюда как можно быстрее, пока я добрый. Если в свободное время заняться нечем, вот вполне достойное дело.

Он сунул в руки Галине пушистый шоколадный комок и, крепко держа женщину под локоть, сопроводил её до двери.

– Да, ещё момент. Чтобы потом никто не обвинил сотрудников милиции в жестокости. – Алексей снял трубку с массивного чёрного телефона на столе. – Дежурный! Потапов. К тебе сейчас дамочка спустится, пусть ребята её отвезут, куда она скажет.

Он выслушал ответ и перевёл взгляд на Щербинину.

– Не задерживайте людей, гражданка. До свидания.

– А как же Лена?

Галина не двигалась с места.

– Повторяю, покиньте кабинет! – В голосе опера зазвенел металл. – Что касается Елены Валерьевны, то у меня к ней есть ещё несколько вопросов. Ей придётся задержаться в нашем гостеприимном заведении.

– Галя, иди, всё хорошо.

Женщина попыталась улыбнуться подруге. Та молча повернулась и скрылась в коридоре. Только шаги гулко звучали в тишине.

С момента, когда ушла Галина, они не сказали друг другу ни слова. Алексей убрал в сейф сумку Лавренюк, повесил на вешалку шапку, послужившую гнездом котёнку, и плотно закрыл форточку. Елена тихо сидела на своём стуле и смотрела в одну точку.

– Пошли, – наконец прервал молчание мужчина.

– Куда? – У неё не было сил даже удивиться.

Потапов не ответил, просто шагнул за порог и двинулся вперёд. Женщина засеменила следом. Они прошли до конца длинного коридора и спустились на два пролёта вниз по лестнице. Здесь резко пахло хлоркой, мочой и ещё чем-то не менее противным. Поворот, ещё один, и только потом Лена поняла, что за её спиной закрывается решётчатая дверь.

– Что ты делаешь? – воскликнула испуганная женщина. – Сейчас же выпусти меня отсюда!

– Спокойной ночи, – мелькнула в ответ улыбка Чеширского Кота, – привыкай.

– Потапов! Немедленно открой дверь! Я на тебя жалобу напишу!

Она пыталась руками раскачать толстые прутья решётки.

Никакого ответа не последовало. Коридор был пуст.

– Вернись! Потапов! Немедленно вернись! – кричала Борисова в темноту.

– Заткнись, – раздалось вдруг из темноты. В углу зашевелилась груда скомканного тряпья и показалась всклоченная голова. – Дай поспать! Раскудахталась, курица. Будет день – будет пища.

Голова снова скрылась в тряпье, а Елена молча опустилась на скамейку и прижалась спиной к шершавой поверхности стены.

Галина приехала домой и тут же позвонила Борисовой. Трубку снял её сын и сказал, что матери до сих пор нет дома.