Книга И все в шоколаде, страница 77 – Елена Терехова

В эту ночь Марина впервые не ночевала дома.

Большой город ждал ее. Новая жизнь начиналась именно в этом городе, здесь по кирпичику будет закладываться ее будущее. Марина ехала в мягком междугороднем автобусе и смотрела на пробегавшие за окном поля, леса, поселки. Здесь повсюду жили люди, у них были какие-то свои заботы, радости, печали. Они были далекими и чужими для нее, а вот сейчас их жизни немного пересеклись благодаря этой трассе. Марине казалось, что она проезжает сквозь тоннель чужих судеб к своей собственной, которая брезжит там, в конце, таинственным светом.

Ехать не так уж долго, каких-то три часа, а она любила дальние путешествия. Жаль, что сейчас, именно сейчас наступило в стране такое время, которое все развалило и разделило на чужое и свое. Появились отдельные государства со своими границами и паспортами, а ведь еще несколько лет назад все вокруг было большим, мощным и общим. Столько было мест, куда она мечтала съездить, столько всего хотелось повидать. Да что теперь мечтать об этом? Совсем недавно, закончив учебное заведение, ты мог рассчитывать на любую точку на карте бескрайней страны, а сегодня не знаешь, сможешь ли дотянуть до следующей зарплаты, которую давали раз в полгода. Марина не готовила себя к трудностям, она жила в мире своих собственных грез и фантазий, и была уверена, что в ее жизни не будет черно-белых полос – будет только радуга. Сегодня она и еще несколько десятков таких же молоденьких девчонок перешагнут порог своего первого нового дома – студенческого общежития. Она уже представляла, как уютно будет в ее комнатке, светло и просторно. Ее соседка будет приятной милой девушкой, начитанной и аккуратной, они быстро подружатся, будут вместе ходить на дискотеку и в видеосалон, делать друг дружкепрически и сплетничать о мальчиках…

Реальность ошарашила Марину. Обшарпанные стены кирпичного здания, полувыбитые стекла и заплеванные полы в комнатах. Про места общего пользования – туалет, душ и кухню – говорить вообще не хотелось. Такого гадюшника она не видела даже в кошмарных снах. Три ее новоиспеченные соседки по комнате грызли семечки, ржали, как кобылы в стойле, и даже не думали приниматься за уборку. У Марины опустились руки, глаза невольно увлажнились слезами.

– Блин, как тут бабье жило, не пойму, – проворчала одна из соседок, – они тут ваще никогда не убирались, что ли?

– Девки, мля, у меня в тумбочке какая-то тварь затычку оставила, ну ваще, – вторила другая. Марина сидела на краю кровати с полупровалившейся панцирной сеткой и смотрела в окно. За стеклом виднелся парк с зеленой листвой, шумели по асфальту колеса машин, торопились по своим делам прохожие.

– Значит, так, – не выдержала, наконец, Марина, – не важно, какие свиньи жили тут до нас, я собираюсь жить в чистоте, порядке и уюте. Если мы объединимся, то уже к концу дня у нас будет не хлев, а роскошный дворец, а к началу учебного года мы совсем благоустроимся – привезем половички разные, коврики, зеркала и всякие мелочи. И еще. Предлагаю прямо сейчас переговорить с другими жиличками на нашем этаже и провести генеральную уборку.

– Даешь общее собрание! – молчавшая до этого третья сожительница громогласно протрубила сбор.

Собралось человек сорок молоденьких девчонок, разномастно одетых и накрашенных, грустных и веселых. Все они с интересом выслушали предложения Марины, с готовностью поддержали их и тут же, не теряя даром времени, выбрали ее старостой группы – должность, надо сказать, ответственная и мало кого привлекающая. Марина поняла, почувствовала, что непременно справится с возложенной на нее задачей. Она сможет. Теперь она – это она, не тень своей старшей сестры, не отражение сестры-близняшки. Она – взрослый, самодостаточный человек.