Онлайн книга «Бессрочные тайны»
|
И нежная зорька радовало, и размытый жидким утренним светом исчезающий диск луны ничем не печалил, и ветер скорости в открытые боковые окна салона отдавал первозданной свежестью… Пустая дорога, некого обгонять и их никто не обгонит – чего ещё надо?.. Да, ничего, только чуять нутром свист проснувшихся птиц и радоваться этому чудному пенью… Ни тебе авто на шоссе, ни тебе самолётов в высоком чудном небе – чем не благодать… Град Калинин они по старинке именовали Тверью, столицей Тверского княжества… Подъезжая к Твери, Александр вспомнил и слал рассказывать, как Тверской князь Борис Александрович женился на Можайской княжне Анастасии, дочке князя Андрея Дмитриевича и внучке Дмитрия Донского. У князя Бориса Тверского и княжны Анастасии родилась дочь Мария, которую хитроумный Борис Александрович ещё ребёнком в семь лет обручил и в десять лет выдал замуж за такого же юного двенадцатилетнего Ивана Васильевича (Великого), сына Василия Тёмного. Тогда для Твери это был редкий шанс избавиться и от опеки Литвы, и от карательных походов Москвы собирать дань для ордынских ханов. Борис Тверской дал за Марией баснословное приданое и редкой красоты жемчужное «саженье», кража которого второй женой Ивана Великого, Софьей Палеолог стало причиной политической вероломной интриги. Великий князь Иван Великий, обожавший своего сына и соправителя Ивана Молодого от Марии Тверской, хотел одарить «саженьем» невестку Елену Волошанку, покровительницу еретиков, но узнал, что присвоившая «саженье» Софья подарила его племяннице, бывшей замужем за князем Василием Верейским… – Чтобы государю Ивану Великому укрепить своё Московское княжество и жениться второй раз на Софье Палеолог, необходимо было в «государственных целях» отравить смертным зельем несчастную княжну Марию в 25 лет… – Надо же, и мне, как и Марии тоже двадцать пять лет, – вымолвила Лара, но тут же спохватилась, – но я не хочу так рано умирать… – Ты же меня уверяла, что мы ровесники, и тебе, как и мне всего двадцать три года… – Какая разница, милый, если ты меня крепко любишь такой, какая я есть… Возможно такой же красивой, как Мария или её мать Анастасия… – О красоте лица и стати Можайских и Тверских княжон Марии и Анастасии ничего не известно. Но согласно летописям, Мария была «добра и смиренна», от мудрого книжника-отца «преуспела в книжной премудрости». – Как я… – В скромности тебе не откажешь… – А кто тебя, милый, впервые в жизни познакомил с гениальными книгами «Мастер и Маргарита», «Доктор Живаго» и прочими, в театр на Таганке вывел благодаря протекции Андрея Вознесенского – а? Так что не трави меня своими подозрениями раньше времени – сама всё расскажу и покаюсь, если придёт такой час новой духовной импровизации… Не гони так, дай насладиться мгновением чуда… – Ведь скоро Тверь и музей на месте княжеского дворца Тверских князей… Там искупаемся… Проезжая мимо маленького лесного озерца, наслаждаясь дымкой над озером, он невольно притормозил. – Вот и остановись здесь, разомнём косточки, – потребовала она, снова блеснув синими глазами на мокром месте. – Прямо слеза прошибает, насколько хорошо на земле великих князей Тверских, того же Бориса Александровича, женщин-княжон Анастасии, Марии… Они вышли из машины сели на бережку озерца и стали целоваться, как заведённые. И тут она заплакала по-настоящему, постанывая и размазывая слёзы по лицу… |