Книга Убийство с наживкой, или Весы Фемиды, страница 53 – Найо Марш

– Вот, пожалуй, и все, – закончила она, – разве что меня не покидало ощущение, что за мной наблюдают. Теперь точно все.

До сих пор ее показания были настолько четкими и не вызывавшими сомнений, что оба детектива невольно уставились на нее в изумлении.

– Теперь вы можете решить, что я обычная истеричка, потому что хотя мне и показалось, что в зарослях хрустнула ветка и кто-то вспугнул вылетевшую птицу, но я никого не увидела. Никого! И все же я уверена, что за мной наблюдали. Это профессиональное. Так бывает на дежурстве, когда пациент не спит и ты чувствуешь на себе его взгляд, даже если не смотришь. Можете смеяться сколько хотите.

– А кто смеется? – удивился Аллейн. – Никто смеяться не собирается, верно, Фокс?

– Ни в коем случае! – подтвердил тот. – Мне самому знакомо это чувство по работе ночным патрульным, а потом оказывалось, что из какой-нибудь темной подворотни за тобой действительно наблюдали.

– Надо же! – с признательностью воскликнула сестра Кеттл.

– Полагаю, – сказал Аллейн, – вы здесь всех отлично знаете, сестра Кеттл. Мне всегда казалось, что в сельской местности медицинские сестры выполняют ту же функцию, что офицеры связи в армии.

Сестра Кеттл расцвела.

– Это верно, – согласилась она, – уж кому так не знать людей, как нам! Конечно, мы в основном оказываем помощь простым людям, но при нынешней нехватке персонала приходится немало помогать и представителям знатного сословия. Они оплачивают наши услуги без всяких скидок, а это – большое подспорье для нашей ассоциации, поэтому мы всегда идем им навстречу, если это не в ущерб бедным людям. Взять хотя бы, к примеру, меня и леди Лакландер.

– Верно, ее же мучает подагра! – подтвердил Аллейн и с удивлением заметил на лице своего немолодого напарника неподдельный интерес.

– Нагноение! – с удовольствием уточнила сестра Кеттл.

– Надо же! – произнес Фокс.

– Или, к примеру, – продолжала сестра Кеттл, – я дежурила по ночам при старом сэре Гарольде и была рядом, когда он скончался. В присутствии всех членов семьи. Кстати, и полковник Картаретт тоже там был.

– Полковник Картаретт? – переспросил Аллейн как бы между прочим.

– Он самый! Погодите, что я говорю? Полковника в комнате не было – он был в коридоре с бумагами.

– Бумагами?

– Мемуарами старого джентльмена. Полковник вроде бы должен был заняться публикацией, но точно я не знаю. Сэр Гарольд очень за них переживал. Он никак не желал упокоиться с миром, пока не повидает полковника. А ведь в свое время был очень важной шишкой, и его мемуары наверняка много значат.

– Вне всякого сомнения. Он был выдающимся дипломатом.

– Вот именно! Таких уже мало осталось. Аристократ до мозга костей.

– Да, таких семей теперь днем с огнем не найдешь! Кажется, это за ними закрепилось прозвище Счастливчики?

– Верно. Хотя есть и те, кто считает, что сэр Гарольд уж слишком переборщил.

– Правда? – переспросил Аллейн, моля бога, чтобы не спугнуть удачу. – Каким же образом?

– Он же ничего не оставил внуку! И все из-за того, что тот предпочел службе медицину. Конечно, в конце концов ему все равно все достанется, а пока приходится довольствоваться тем, что он сам зарабатывает на жизнь, хотя… Что-то я опять рассплетничалась! Так на чем я остановилась? Ах да, на сэре Гарольде и его мемуарах. Едва он передал свою рукопись полковнику, как ему стало хуже, и тот позвал на помощь. Мы все вошли. Я дала сэру Гарольду коньяку, а доктор Марк сделал укол, но через минуту все было кончено. Он только и успел, что несколько раз произнести слово «Вик».