Книга Агнес, страница 110 – Хавьер Пенья

Давайте проясним: если все действия осуществляются через некую компанию из Лос-Анджелеса, у вас соглашение о конфиденциальности, а деньги вы получаете через швейцарский банк, можно сделать вывод, что вы уклоняетесь от уплаты налогов.

Если тебе приспичит сделать такой вывод, мешать я тебе не буду.

А преследования налоговиков вы не опасаетесь?

Деточка! Думаешь, они мной пренебрегают? Но если ты невидимка, ускользнуть от них — пара пустяков.

Министерство финансов тоже не знает, кто вы?

Ну да.

А издательства?

Издательства платят американской компании, а та переводит деньги в Швейцарию, так что, с их точки зрения, автор с равным успехом может быть как испанцем, так и американцем или же кувейтцем. Им без разницы. Пока издательство с маниакальной точностью платит налоги, что им может предъявить Минфин? Как их касается тот факт, что уже потом кто-то из их авторов налогов не заплатит? К тому же, как я уже сказал, они всегда могут заявить, что, насколько им известно,я — американец.

А американские налоги?

Для американцев я могу быть испанцем.

А Минфин разве не пытался связаться с американским литагентством?

Возможно. Скажи только, ты что, и вправду думаешь, что агентство такого уровня испугается звонка какого-то там испанского чинуши?

А как вы обосновываете свои миллионные доходы?

Во-первых, ты исходишь из того, что я живу в Испании, а это слишком рискованное предположение. Сама понимаешь, я могу жить где угодно. За пределами Испании я, естественно, вправе тратить сколько душа пожелает. На самом деле чем больше я в этих странах трачу, тем больше меня там любят.

Но если, по вашим словам, у вас такая прорва денег, то почему вы уклоняетесь от налогов, вам что, доставляет особое удовольствие быть несолидарным?

Агнес, как ты полагаешь, если я не плачу налоги, то не для того ли, чтобы меня никто не выследил, это тебе не приходит в голову? Если кто-то получит контроль над моими доходами, он запросто и скорее раньше, чем позже побежит рассказать обо всем газетам, и тогда моей анонимности конец.

Опять вы с этой пресловутой анонимностью. Тогда вот о чем хочу спросить: что вы чувствовали, когда впервые читали свою книгу? Когда увидели ее? Вы сразу ее прочли или на потом отложили?

Это было совершенно невероятное ощущение. Конечно, я ее прочел, два или три раза кряду. К моменту приземления в Цюрихе я знал ее почти наизусть. Я еще никогда не испытывал ничего подобного и не думаю, что когда-нибудь испытаю. Я не узнавал изменений, привнесенных Девушкой погоды и времени, да и, наверное, попросту их не замечал. Как и не мог различить, что написал я сам, а что добавила она. Это было похоже на сон. Как будто все написанное там мне приснилось. Не могу передать. Я много размышлял об этом, но единственная ассоциация, которая приходит на ум, это болтовня подростков, отчаянно мечтавших переспать с женщиной. Когда нам уже до чертиков надоедало мастурбировать, кто-нибудь выступал с предложением сесть себе на руку, подождать, пока она затечет, а потом, пока не началось покалывание, которое знаменует возвращение чувствительности, этой затекшей рукой помастурбировать. Не думаю, что оно того стоило, хотя многие мои приятели уверяли, будто попробовали, и все сошлись в том, что ощущение было такое, будто тебя трогает женщина.Можно подумать, им тогда удалось узнать, как это бывает. Глупость какая-то, но именно так я себя тогда и чувствовал. Так вот, у меня возникло ощущение, что рука, которой я писал тот текст, затекла под тяжестью моей собственной задницы, оставшись там на несколько месяцев.