Онлайн книга «Агнес»
|
«Но биография без других источников неполна, это абсурд какой-то». «Это автобиография». «Верно». На несколько минут монетки перестают звякать. Ощущение мирной тишины настолько велико, что стоит стакана виски. На идиота за окном я бросаюсь, шипя от злости. Говорю убираться, говорю, что если он еще хоть раз появится в классе танго, если я еще хоть раз увижу блеск его брекетов в здании, где мы танцуем, то расскажу всем и каждому, что он меня преследует, расскажу о нем такие ужасы, которые испоганят ему всю жизнь. Возможно, я слишком резка, однако то, что он шпионит за мной, вывело меня из себя. Он протестует, хнычет: — Но что я тебе сделал? Я слышу: соль, соль, фа, фа, ми. — Ты с ума сошла. Соль, соль, фа, фа, ми. Я захлопнула створку, нажатием кнопки опустила штору. Жужжание гигантского насекомого заглушило жалобные звуки флейты. Смотрю на телефон: новых монеток от Форета не поступило, зато мать наслала немую череду сообщений — немую, потому что уведомление о ее посланиях я замутьютила, причем навсегда; какое удовольствие кликнуть на кнопочку с этим наречием «НАВСЕГДА». «Что-то пошло не так, правда; все еще не вижу твои; журнальные твиты, тебя уволили, ведь так?; и чего ради мы оплачивали твое; обучение? боже ты мой, сколько; денег на ветер, сколько денег; китайский вирус; ты о нем слышала; знаешь что-нибудь?; твоя кузина оставила здесь джинсы, которые уже не носит; я считаю, они будут узки тебе в бедрах, но можешь зайти померить; слушай, не знаю, помнишь ли ты, но мы твои; родители». Ну да, разве об этом забудешь? Было бы неплохо. Отвечать я не стала, однако нетрудно понять, настроение у меняне улучшилось. Но приходит время, и монетка падает в колодец желаний. «Что еще тебя беспокоит, Агнес?» Сказала бы я ему! «Я не нашла ни слова об упавшей с горы Прекестулен испанке за последние несколько лет. Ничего. Ни единого слова». «Это благодаря мне. Вернее, по моей вине. Когда мы сообщили об инциденте норвежским властям, я попросил их об одолжении: не информировать прессу. Ее семье и так достанется немало горя, не хватало еще устроить из несчастья медийный цирк шапито. Ну я сказал, что испанские телеканалы проявляют недостаточно уважения к событиям такого рода. Они отнеслись с пониманием к моей просьбе». «Но вы стояли с ней рядом. Это не вызвало никаких подозрений? Не было расследования?» «Нет, не было. Там же находились наши друзья йеслер, Каспер и Ута, а еще толстяк с собакой и семья с детишками, и нее они подтвердили, что она просто упала в пропасть». «Вы же сами говорили, что они не смотрели на вас». «Так и было, но в конце концов человек всегда поверит, что видел ровно то, во что ему хочется верить. Накануне вечером они смотрели, как весело мы с ней отплясывали, видели наше согласие, наше воодушевление по поводу воссоединения, так что последнее, во что они могли поверить, так это в то, что я возьму и столкну ее в пропасть с высоты шесть сотен метров. То есть как раз в то, чего, предваряя следующий твой вопрос, я не делал». Неуловим, как конголезский окапи — их так редко видят, что зоологи узнают о присутствии этих животных по оставленным то тут, то там кучкам экскрементов. «Так она упала или сбросилась?» «Я стоял к ней спиной, но бросаться со скалы ей не было никакого смысла. Ильза была не из тех, кто кончает с собой, Ильза из тех, кто выживает». |