Онлайн книга «Рефлекс убийцы»
|
— Вы не в своей тарелке, Грация, прекрасно вас понимаю. В конце концов, вам угрожает только высылка. Нет причин для волнения. Находись моя фигура под наблюдением, я бы это знал. Запоминайте, Драйзер-стрит, это юго-западный Вашингтон, автомойка у торгового центра «Глория». Улица короткая, не потеряетесь. Я буду там, — абонент сделал паузу, видимо, смотрел на часы, — в половине четвертого пополудни. На улице нынче сухо и ясно, так что столпотворения на мойке не будет. Моя машина — темно-синий «Форд-Тандерберд», номерные знаки… — Он продиктовал несколько цифр. — До скорой встречи, Грация. — Вопрос, если позволите, — спохватилась Мария. — Почему… именно бар «Соло»? — Вот вы о чем, — усмехнулся мужчина. — Нет, я вовсе не собирался пытать вас негритянской музыкой — догадываюсь, что вы не являетесь ее пылкой поклонницей. Но что-то в ней есть, согласитесь. Все проще: телефонные линии в том районе свободны от любых видов прослушки. До встречи, Грация. Время есть, можете пообедать. Если вы поклонница высокой кухни, то настойчиво рекомендую заведения «Куилл» и «Хей-Адамс». Мария поела в заведении «Макдоналдс» — этих забегаловок в стране было довольно много. Тоже высокая кухня, куда уж выше. От бутерброда с булочкой и котлетой во рту остался странный привкус. Не сказать, что отвратительный, но лучше бы его не было. Два стакана черной газировки положение не спасли. В половине четвертого она подошла к торговому центру «Глория» на Драйзер-стрит. В Советском Союзе автомоек не было. Там, если честно, никаких моек не было. И ничего, граждане выкручивались, мыли свои «ласточки» во дворах, нервируя соседей, на берегах водоемов. Комплекс состоял из двух одинаковых линий. Машины въезжали в черное нутро и пропадали. Выезжали с обратной стороны. Своеобразная комната страха в луна-парке. Оплата производилась через громоздкий автомат на въезде. Наплыва автолюбителей действительно не наблюдалось. Черный «Линкольн» въехал в чрево комплекса, за ним сомкнулась эластичная ленточная шторка. Заскрипели составные части рабочего конвейера. Водители оставались в машине, чтобы не терять время после завершения процедуры мойки. Мария запрыгнула на пассажирское сиденье темно-синего «Тандерберда», когда тот по пандусу въезжал в мойку. Неодобрительно покосился работник комплекса, и странная мысль пришла в голову. Сколько там времени занимает мытье? Обслужить клиента, пока машина проходит все этапы гигиенического процесса, получить оплату и слинять с чувством выполненного профессионального долга. Что он, интересно, подумал? Машина дернулась, вставая на рольганг. Водители в передвижении транспортных средств не участвовали. «Интересно, — подумала Мария, — советские граждане готовы выкладывать сумасшедшие деньги за помывку своих „Жигулей“ и „Москвичей“?» — Неожиданно, — проворчал сидящий за рулем мужчина. — Вы не ошиблись адресом, мэм? — Нет. — Мария озвучила пароль. Субъект, находящийся в машине, назвал отзыв. Это было формальностью. Оба узнали друг друга по голосу. Его лицо пряталось в полумраке, очерчивалось частично. Поблескивали очки в металлической оправе. Обычный среднестатистический мужчина — англосакс, хорошо одет, среднего телосложения, приятное располагающее лицо. Этот тип, занимающий не последний пост в Центральном разведывательном управлении, несколько лет сливал в КГБ особо ценную информацию и заслуженно считался наиболее ценным агентом. У «Людмилы» была семья, он занимал неплохое положение, а в чем заключалась его мотивация, оставалось неизвестным. Информацию он выдавал только проверенную, халтурить не любил. Все сведения, передающиеся в Москву, рано или поздно подтверждались. |