Онлайн книга «Список чужих жизней»
|
Не каждый день попадаются легкомысленные советские шпионы… Габри, склонив голову, с интересом наблюдала за соседом. Шпики под таким углом ее не видели. Никита вошел в подъезд, аккуратно прикрыв за собой дверь, преодолел короткий лестничный марш. Занес кулак, чтобы постучать, но соседка сама открыла. В полумраке очерчивалась маленькая фигурка. – Что, молодой человек, флики на хвосте? Проходите, что вы там застыли? Никита, поколебавшись, вошел в квартиру, протиснулся между стеной и выпирающим комодом. А старушка наблюдательна, не оценил он ее. Фликами во Франции и Бельгии презрительно называли полицейских. Прозвище Flik появилось еще в прошлом веке, юмористы расшифровывали как «Легальная федерация идиотов в касках». В данной ситуации полиция ни при чем, но суть старушка уловила тонко… – Как вы меня назвали? – Он обернулся. Что-то неприятно кольнуло в грудь. – Почему молодой человек? Старушка засмеялась дребезжащим смехом, подтолкнула его в комнату. Кубатурой квартира не отличалась, развернуться было негде. Мебель стояла плотно. Имелась дверь во вторую комнату, но вряд ли и она поражала габаритами. – Садитесь сюда, Шарль… Вы правда думали, что сможете меня обмануть? Может, я и в возрасте, но пока не утратила наблюдательность. – Габри ехидно усмехнулась. – Я сразу смекнула, что с вами что-то не так, но не стала вас расстраивать. Вы ведь так старались, и уверена, кого-то смогли одурачить… Я так и подумала, что у вас проблемы с законом… – Да, Габри, это так… – Вам так удается изображать паиньку, – глаза старушки озорно переливались, – так бы и потискала вас… Тихо… – Она прижала палец к губам. Дом наполнялся звуками. Кто-то переговаривался в подъезде, затем побежали по лестнице. Их было даже не трое! Это был провал – самый натуральный. Стучали в соседнюю дверь, затем наверху сломался замок, и над головой заскрипели половицы. «Флики» были уже в квартире Платова! Похоже, на его лице было что посмотреть – Габри присела на край дивана, сложила на коленях худые руки и с любопытством воззрилась на соседа. Текли минуты. Из подъезда не было дополнительного выхода, и это, очевидно, смущало ищеек. В дверь требовательно постучали. Не хотелось, а вздрогнул. – Туда, – указала старушка на вторую комнату. – Слева дверь, за ней увидите маленькую кладовку. Стойте там и ничего не трогайте… Да не стучите вы, сейчас иду! Любите смотреть на неодетых женщин? – недовольно воскликнула Габри. Никита влетел во вторую комнату. Помещение крохотное, зато имело окно за шторой, выходящее на другую сторону дома. Там наверняка такие же шпики. Ведь это азы… Дверь в кладовку он не сразу заприметил, она тоже была за шторкой. Сообразил, отдернул ее, потащил на себя дверную ручку. Нащупал внутри выключатель. Помещение метр на метр, да еще и кипа коробок, какие-то гардины, штанги непонятного назначения… Он застыл на клочке пространства, выключил свет. Теперь определенно попал в западню… С чего он взял, что старушка его не сдаст? Европейцы почитают закон и имеют склонность к доносительству. Задернулась шторка, послышались шаркающие шаги. «Докатился ты, майор, дальше некуда, – мелькнула мысль. – И нет никакой гарантии, что тебя обменяют на какого-нибудь Фрэнсиса Пауэрса…» Он почти смирился. Let it be[3]. Другие доделают. Доносились глухие голоса, скрипели половицы. Раздраженно ворчала Габри. Голоса стали ближе, заскрипел порожек, люди находились совсем рядом. «Будешь выглядеть как полный идиот», – уныло подумал Платов. Мгновения свистели, как пули у виска. Кто-то подошел к окну, видимо, проверил задубевшие шпингалеты. Немного постоял, вышел. Дверь в кладовку оказалась незамеченной. В желудке уже что-то клокотало, пот стекал со лба. Голоса отдалялись, было слышно, как хлопнула дверь. Никита не выходил, приказа не было. Старушка куда-то запропастилась. Он снова начал тревожиться, когда раздались шаркающие шаги, открылась дверь. По губам пожилой особы блуждала ироничная улыбка. |