Онлайн книга «Сибирский беглец»
|
– Подождите, Натали… – Хансен побледнел, улыбка, оставшаяся на лице, превратилась в маску. – Что значит «эвакуировать»? Я не могу, у меня жена, ребенок… – Вы еще про собаку вспомните, Роберт. Кстати, у вас очень милый спаниель. Боюсь, дальнейшие события предрешены, и от нас уже ничто не зависит. Хотите на пожизненный срок? Ситуация еще может разрешиться благоприятно, но шансов мало. В этом плане грядущие выходные – в нашу пользу. Но я бы не стала на это рассчитывать. Если все пойдет по плохому сценарию, за вами придут уже этой ночью. Позвоните жене, скажите, что вас отправляют в срочную командировку, пусть не волнуется. В вашей конторе ведь случаются срочные командировки? Не спорьте, Роберт, не будем открывать дискуссионный клуб. В случае неповиновения мы не будем вытаскивать вас из дерьма. Обед закончится – идите на работу. Далее план такой: по завершении рабочего дня берете такси, направляетесь в торговый центр «Аубурн Молл» на Редлендс, заодно убедитесь, что за вами не следят. Погуляйте там часок. Далее, в половине восьмого вечера, выходите на заднюю парковку… Когда я уходила, он сидел за столиком, бледнее осеннего неба, давился пирожным, которое я не доела, и мысленно проклинал тот день, когда связался с советскими спецслужбами… Но от полученных инструкций Хансен не отступал. Я прибыла в назначенное место в 19:37, поставила свою крошку недалеко от выезда на дорогу. Пришлось поплутать. Если «хвост» и был, то благополучно отпал. Хансен сел в машину – белее смерти, весь какойто покорный, обреченный. За день у него отросла щетина, он уже не был таким свежим и неотразимым, как в обед. От человека попахивало пóтом – тем же страхом. Он нес небольшую сумку – видимо, купил в торговом центре необходимые в путешествии вещи. Теоретически его могли прищучить коллеги, – но это вряд ли, «крот» у них уже был. Хансен мог сам сознаться, чтобы скостить срок, да еще и помочь вывести на чистую воду советского нелегала. Кому же захочется в бега с предсказуемым финалом? ФБР в своей стране найдет любого, а КГБ своего информатора за границу не вывезет – насчет этого Хансен иллюзий не питал. Вероятность была небольшая, но игнорировать ее не стоило. – Позволите? – Я отняла у него сумку, перебрала содержимое. Нательное белье, носки, пара сорочек, предметы гигиены. Почетное место в личных вещах занимал увесистый штоф «Джонни Уокера». Почему бы нет? Зарплата позволяла. Чем еще заняться в той дыре, куда я его повезу? – В чем дело? – проворчал Хансен. – А сами не догадываетесь? – Я бросила сумку на заднее сиденье. – Мои извинения, Роберт. Галстук не жмет? Снимите его и расстегните верхние пуговицы сорочки: две, а лучше три. Он поневоле развеселился. Хоть что-то в жизни смешное. Показал свой мужественный торс и начал судорожно застегиваться. Покосилась проходящая мимо девчонка лет семнадцати. Надеюсь, отвергла мысль позвонить в полицию насчет двух извращенцев на парковке. Молодежь уже не та. Сексуальная революция прошла, но память о ней осталась. На всякий случай я все же включила двигатель и стала выруливать со стоянки. – Потрясающе, – выдохнул Хансен. – Вы мне не доверяете… Полная чушь. Я весь на нервах, но бежать к своим и во всем сознаваться – то же самое, что совершить прилюдный суицид. Нет уж, буду сопротивляться до последнего… |