Книга Спектакль для предателя, страница 14 – Валерий Шарапов

– Отличная у вас работа, – похвалила Дина, – ковыряться в чужом белье и даже сперме. Да, за это время он не выпустил ни одной научной работы, все проекты временно застопорились. Он брал отпуск, провел его в запертой квартире… Но в итоге пришел в себя, стал жить дальше.

– При этом не предпринимал попыток найти эту женщину. Видимо, понял, что все кончено, и смирился. Теперь представьте, вы ему между делом сообщаете интересную новость: Инга Юрьевна Ленц проживает в городке Фремме. По меркам Германии, это – рукой подать. Всколыхнутся у него старые чувства? Мне кажется, да.

– С какого это перепуга Инга Ленц проживает в городке Фремме? – проворчала Дина. – Учтите, вранье не пройдет, Владимир Натанович обязательно проверит.

– Пусть проверяет. В городке Фремме Инга Юрьевна не проживает. Но четыре года назад она эмигрировала в Западную Германию, где проживала ее мать. Почему отпустили бывшую сотрудницу закрытого предприятия – вопрос отдельный. Впрочем, особыми секретами она не владела и, возможно, полюбовно договорилась с нашим Первым Главным управлением, что-то предложив ему взамен. Факт остается фактом. Место проживания – земля Баден-Вюртемберг, город Готтен. Муж своего добился – в один прекрасный день он все-таки выбросился из окна, чем снял с Инги все обязательства. Но к Лучинскому она не вернулась, возникли новые обязательства – теперь в отношении больной матери в Германии. В нужный нам момент она окажется в городке Фремме, скажем, арендует там домик. И таким образом выполнит свои обязательства перед товарищами из внешней разведки.

– Как вы все закрутили, – презрительно фыркнула спутница. – Такую соблазнительную наживку приготовили…

– Как вы считаете, клюнет на нее Лучинский? Он свободен, Инга свободна – за годы эмиграции она так и не вышла замуж. Вспыхнут притупившиеся чувства?

– Не знаю, – буркнула Дина. – Конечно же, вспыхнут, черт возьми! Станет нервничать, вспоминать, терзаться, в итоге сорвется и поедет.

– И лучше бы нам его догнать, – усмехнулся Андрей. – Что вы так расшумелись, Дина Борисовна?

Он осекся. Неподалеку хлопнула подпружиненная дверь. Загоготали мужчины, нецензурные слова посыпались как из рога изобилия. Взвизгнула женщина. Шумная компания свернула за угол, звуки затихли.

– Защитите свою жену от хулиганов? – иронично осведомилась спутница.

– Жену – не знаю, – проворчал Зимин. – А поднадзорный объект – должен. Поднимайтесь, Дина Борисовна, хватит прохлаждаться. Спать пора.

Из-за кустов вырос добротный 4-этажный дом с тремя подъездами. В нем недавно дезинфицировали подвал, и по подъезду растекался едкий запах химии. Одноименный предмет Зимин ненавидел еще со школы. Электричество тоже наличествовало, но химии было больше.

Женщина шла как замороженная, так и подмывало дать ей подзатыльник. На третьем этаже он открыл ключом дверь, пропустил даму в темную прихожую. Включил свет, заперся изнутри на ключ (имелась такая возможность), угрюмо уставился на мнущуюся посреди прихожей фигуру. Дина Борисовна плохо выглядела – сникла, кожа под глазами потемнела. Привлекательность и сексапильность остались в прошлом.

Интерьер ведомственной квартиры оставлял желать лучшего. Выцвели обои, с половиц слезла краска. Мебель была старая и в минимальном количестве.

– Там ванная и туалет, – показал Зимин. – Там кухня, в морозилке вареники с картошкой. Плита электрическая, чайник греется долго. В навесном шкафу найдете чай… если тараканы не съели. Там гостиная, за ней спальня, можете ее занять. Я лягу в гостиной на диване. Дверь в спальню на замок не закрывается, поэтому заранее сочувствую. Но согласитесь, это лучше, чем тюремная камера.