Книга Ловушка для психиатра, страница 14 – Дмитрий Ковальски

– Эй, Лео, мы тебя ждали!

Девушка, сидящая напротив него, обернулась и посмотрела своими пронизительными карими глазами.

В голове стали рассыпаться глупые идеи, предлагая побег, как самое действенное решения сложившейся неловкой ситуации.

Однако порой приходится идти навстречу своим страхам. Леонард махнул рукой в ответ, показал жестом – тише, не стоит так кричать, и направился к ним.

– Привет, давно тебя не видела, – сказала Элизабет, смотря прямо на него. – Ты где пропадал?

– Да он готовится к дебатам, будет разбивать доводы религиозных фанатиков, – ответил за него Каспар и задел этим Леонарда.

С чего это он решил, что должен отвечать за него? Леонард сам умеет говорить и делает это неплохо, тем более, что Лиз обратилась именно к нему.

Опять в мыслях он назвал ее Лиз, договорился же, что будет называть Элизабет.

– Я готовился в библиотеке, чтобы закончить этот семестр с высокими баллами, и получить рекомендательное письмо.

Даже самый несообразительный, пустоголовый человек различил бы в этих словах фальшь. Но по-другому с недавнего времени Леонард не мог говорить в присутствии Лиз… в присутствии Элизабет.

– Садись рядом, – предложил Каспар, хлопая ладошкой по стулу.

Леонард замешкался, потому что не знал, какой выбрать стул: рядом с Элизабет, чтобы чувствовать ее плечо, или сесть напротив, чтобы смотреть ей в глаза. Сильно сомневаясь, он последовал рекомендации своего друга, так бы вызывал меньше подозрений. Леонард положил перед собой стопку учебников, чтобы хоть как-то отгородиться от девушки.

Он не просил этой влюбленности, не просил этих чувств. Жил прекрасную жизнь, заводил недолгие романтические отношения с девушками, и все его устраивало. Тем более, что Элизабет и Каспар встречались с первого курса. Все вокруг пророчили им долгую счастливую совместную жизнь, поэтому его всеразрушающая влюбленность была невзаимна.

– О чём задумался? – спросила Элизабет, и поджала губы.

Она всегда так делала, и Леонард обратил на это внимание с недавнего времени, когда мир перевернулся. Очень милая привычка, но что же она значила?

– Плохо спал этой ночью. – стараясь не смотреть на девушку ответил Леонард. – Все эти сообщения об убийствах, о картине…

– Какой картине? – Девушка округлила глаза, отчего её лицо стало ещё милее. А внутри Леонарда сошла лавина.

– Ты будешь есть? – вернул его в реальный мир Каспар.

– Да, да, я сейчас схожу и возьму.

– Давай я принесу. – предложил Каспар, – Ты какой-то рассеянный.

Не дожидаясь ответа Каспар, оставил их наедине. Если бы в этот момент сердце Леонарда остановилось, или на него упал потолок, тот был бы рад, потому что находиться наедине с Лиз для него было самым тяжелым испытанием. Воздух между ними, казалось, весил тонну, а молчание, которое в реальности длилось секунду, для него представилось бесконечной пыткой. В голове лихорадочно метались фразы, с которых следовало начать непринужденный диалог, чтобы не выдать своего внутреннего состояния.

– Ты говорил про картину, – напомнила Элизабет.

И Леонард ухватился за эту спасительную соломинку.

– Говорят, что есть картина, которую готовили к выставке, что прошла в январе. Тот студент, Карл, отвечал за распределение предметов искусства. Он посмотрел на картину и сошел с ума.

– Звучит как сказка, – невинно улыбнулась Элизабет. Неосознанно очаровывая юношу сидящего напротив.