Книга Ловушка для психиатра, страница 18 – Дмитрий Ковальски

Это сопроводилось характерным скрипом койки. Потом послышалось, как босые ноги тяжело ступили на деревянный пол. Винсент был один в комнате, не считая девушки на портрете, но даже она покинула его в этот темный час.

Потому он никак не мог поверить, что, лежа спиной к кровати, слышит, как человек, который умер этим утром, пытается ногами нащупать тапки.

Он их и не найдет, подумал Винсент, все вещи Карла вынесли еще в обед. Видимо некто прочитал его мысли и оставил это дело. Кровать еще раз скрипнула, воздух слабо завибрировал. Скрипнула одна половица, другая. Некто встал и двинулся к соседней койке.

Карл погиб этим утром и не мог быть прямо здесь сейчас, но кто-то точно приближался. Их разделяло не больше двух метров или четырех шагов и Винсент, стараясь сдержать дрожь в теле, отсчитал четыре скрипа под нажимом босых ступней. Этот некто стоял совсем рядом за его спиной, так близко, что от его присутствия по спине бежали мурашки, а волосы на голове зашевелились. Затылком он ощущал его тяжелое дыхание.

Такого не может быть, это просто галлюцинация, рожденная усталым мозгом. Призраков и демонов не существует. Винсент повторял эти слова, как молитву, что призвана прогнать темные силы.

Можно было быстро избавиться от этого кошмарного наваждения, просто обернувшись и увидев, что там ничего нет. Но чем дольше тянул Винсент, тем сильнее понимал, что если сейчас повернется, то увидит мертвецки бледное лицо Карла.

Через мгновение он почувствовал давление на край своей кровати. Матрас под ним прогнулся, словно кто-то наступил коленом. Плечами ощутил холод чьих-то рук. Пальцы медленно ползли по нему, как слизняки, желающие забраться в уши.

Винсент понимал, что все это нереально, что все это лишь плод его воображения, пережившего небывалый стресс. Но теперь, скованный животным пугающим страхом загробной жизни, он лежал, боясь пошевелиться.

Просто пошевелись. Просто обернись. Просто обернись. Молил себя Винсент. Но решимость отступала слишком быстро. Так, что вместе с ней, казалось, его тело покидает горячая кровь. Его ноги похолодели, а потом и вовсе потеряли чувствительность.

Холодные, тонкие, склизкие пальцы добрались до ушей. Другие ползли по затылку, поднимались к темечку, касались лба. Винсент опустил веки, и секундой позже ощутил касание шершавых пальцев на его глазах.

Нечто проникало в него, заползало во все возможные отверстия, уши, рот, глаза, нос. Стало сложно дышать. Он попытался втянуть ртом в воздух, но поперхнулся от того, что ему сильно сдавило легкие.

В приступе паники сердце пыталось пробить кости грудной клетки, вырваться наружу и сбежать из этой комнаты, там где нечто из темноты опутывало похожими на щупальца пальцами сознания молодого парня.

Сквозь шорох он слышал слабый шепот, и, казалось, тот, кто пришел к нему ночью, насмехается над ним. Легкие горели от того, что им не доставало кислорода, руки тряслись в конвульсии.

– Только обернись, только обернись, – шептал Винсент. Но слова эти утратили всякую силу. Остатки смелости покинули его, и вслед за ними ушло и его сознание.

6

Позже вечером Тео Вернер устроил Августу экскурсию, начав и закончив в трапезной, где решил накормить Августа хлебом с паштетом и луковым супом.

– Мы стараемся не ограничиваться местной кухней, потому что здесь учатся студенты со всей Европы, и хотелось бы, чтобы каждый мог съесть то, что ему нравится. Ведь еда, как вы знаете, один из триггеров, который напоминает о доме. – Тео закрыл глаза, улавливая душистый аромат, – Еда, запахи, вещи.