Книга Безмолвные лица, страница 31 – Дмитрий Ковальски

Но вот погасили свет основных ламп, оставив лишь пару восковых свечей. Воспитанники, болтая о похищенных детях и их судьбе, один за другим погрузились в сон. И тихую речь сменили звуки ночи: храп, сопение, стон и скрежет зубов. Привычный набор для слуха Эрика. Чтобы не терять времени, он лег в кровать в одежде. Пришлось только разуться, чтобы не тащить грязь в постель.

Наконец Эрик мог тихо встать. Он зашнуровал ботинки, выпрямился и посмотрел на спящих мальчишек. Мир как будто поделился надвое. Воспитанники оставались в иной реальности, где прошли все эти годы. Их роль – наблюдатели. Никто так и не решился на смелый поступок и не попытался разгадать тайну. В отличие от него.

Одно решение, и окружение переменилось. Как будто открылась невидимая дверь, за которой жизнь текла по другим законам, все меняющим.

На это и надеялся Эрик, когда крался по темному коридору. Он не взял с собой ни свечи, ни лампы – не хотел привлекать внимание.

Ему почудилось, что кто-то вышел следом, но так и не решился его нагнать. Но чего только не привидится ночью!

Медленно, каждым шагом переступая через детские страхи, Эрик двигался в основной зал. Дальше, на второй этаж, его вела каменная лестница. Там располагались спальни воспитательниц и, о ужас, настоятельницы Греты. Мальчик с замершим сердцем проскользнул мимо их дверей.

Минуя небольшую библиотеку с пыльными полками и книгами, где крысы давно погрызли страницы, он вышел в нужный коридор с лестницей, ведущей на чердак. Если бы он прошел дальше, то, повернув направо, добрался бы до покоев святого отца. Там бывал он всего раз, и то, когда отец Матиас лично отчитывал его за разбитые витражи, которые, надо добавить, Эрик даже не трогал. Но взял вину на себя, лишь бы старшие дети зауважали.

Теперь же, на пути в другой мир, полный опасных тайн, эти события вызывали насмешку. Каким же глупцом жил Эрик на протяжении тринадцати лет!

Каждая ступень своим скрипом норовила выдать его планы. Дерево стонало, стоило надавить на него стопой. Приходилось идти по самому краю, прижимаясь к стене. Так и скрипело меньше, и был шанс, что примут за обычную тень.

Что, если дверь закрыта на замок?

Мысль появилась, когда до конца пути осталась пара ступенек. От неожиданности Эрик остановился. А вдруг и правда? С чего он решил, что секреты люди хранят за незапертой дверью?

– Вот идиот! – выругался Эрик на самого себя.

Дверь точно заперта. Даже и пытаться не стоит. Зачем ему вообще все это? Неужели он и правда решил, что особенный только потому, что его не получилось похитить? Стоит вернуться в комнату, пока все не зашло слишком далеко.

И нет, это не трусость, а здравый смысл!

В этот миг в утонувшем в темноте коридоре послышались шаги и гневный голос настоятельницы. С первого этажа разносилось в ночной тиши слабое эхо.

Пути назад нет!

К собственному удивлению, эта мысль подействовала ободряюще. Даже если дверь заперта, он спрячется под лестницей и дождется, пока Грета угомонится и вернется в свои покои.

Еще одна ступенька. Стоит только протянуть руку и коснуться холодного железа дверной ручки.

Не заперто.

Эрик облегченно вздохнул и тут же ощутил в груди жжение. Тревога никуда не делась. Она стала сдобренной почвой для необузданного страха, от которого тело превратилось в вату. Руки почти не слушались и безвольно болтались. Ноги дрожали и подгибались в коленях. Комната поплыла, и Эрик схватился одной рукой за дверь, а второй оперся на перила. Голова кружилась так сильно, что затошнило. Еще чуть-чуть, и он рухнет без чувств.