Онлайн книга «Венская партия»
|
— Двадцать пять. — Ну это куда ни шло! — Он взмахнул руками. — Я-то, грешным делом, подумал, что вам двадцать два. А двадцать пять для губернского секретаря — самое то! Срок выслуги на коллежского наступит через год-два? — В следующем году. — Вот и докажите, милый мой, что достойны. Отыщите Шидловского. Вам, как говорится, и карты в руки. — Он посмотрел на стол и вздохнул. — А мне вот только и осталось карточки своего генеалогического древа раскладывать. Но всё же лучше, чем бессмысленный пасьянс, да? — Бесспорно, ваше высокопревосходительство. — Как думаете, надворный советник утонул? — К сожалению, не могу сказать ничего определённого. — А может, сбежал? — Сейчас трудно что-либо утверждать. — Обычно он с первым секретарём Павлом Ивановичем Истоминым всегда время проводил. Оба шахматисты. В турнирах между дипломатами принимали участие. Возьмите это себе на заметку. — Благодарю вас. Вопрос позволите, ваше высокопревосходительство? Рязанов — Дашков махнул рукой: — О да, не стесняйтесь. — Истомин не знал о поездке Шидловского в Фиуме? — Думаю, нет, но у вас будет возможность его расспросить. Коллежский советник[34]Истомин теперь ваш непосредственный начальник. Он введёт вас в курс всех дел, которыми занимался Шидловский. Надеюсь, подружитесь… Ну а как вам наши посольские хоромы? Или в Египте было лучше? — Генеральное консульство в Каире выглядит скромнее. — Знаете, по приезде в Вену я был поражён скромностью старого посольства на Вольцейле, 30. Россия — великая держава, и это должно быть понятно любому австрияку, шагающему мимо здания российского дипломатического представительства, а финансирование у нас скромное. И потому два года назад я купил у герцога Нассау этот дворец. Пришлось отдать свои кровные, а государь, узнав об этом, вернул мне деньги не из казны, а из собственных средств. Я их взял, но лишь для того, чтобы в следующем году возвести над посольством третий этаж и пристройку добавить. А во дворе надобно обязательно церквушку соорудить. Я её поставлюна нашей земле. — Простите, это как? — Да очень просто! Привезу двадцать подвод российской землицы и высыплю её в котлован перед закладкой фундамента. — Но зачем? — Чтобы щёлкнуть австриякам по носу, — он хохотнул, — и сказать, что православный храм стоит на исконно русской земле. Как вам идея, а? — Необычно, — пожав плечами, ответил Ардашев. — А что прикажете делать, если австрийцы столь неблагодарно себя ведут? В сорок девятом году нынешний император Франц Иосиф, молодой тогда ещё правитель, слёзно умолял нашего государя Николая Павловича ввести русские войска на свою территорию из-за развернувшейся там Венгерской революции. И мы откликнулись — помогли! Сколько тогда наших солдат да офицеров погибло, знаете? — Точно не скажу, ваше высокопревосходительство. — Так вот слушайте, — загибая пальцы, начал считать посол, — убитых — около тысячи, тяжело раненных — почти три, а от холеры скончалось аж все одиннадцать тысяч! Командира 38-го Тобольского пехотного полка Константина Николаевича Палицына я знал лично. Храбрый был офицер. Умер в горячке. Его, как и других павших ратников, похоронили в Мункаче[35], в Закарпатье, в австрийской земле. Но австрияки всё забыли! — горячился князь. — К пруссакам тянутся! Италия, Германия и Австрия заключили Тройственный союз. А у нас с Францией даже договора о взаимопомощи нет. Есть только протокол заседания начальников Генеральных штабов 1885 года, в котором предусматривается автоматическое вступление в войну каждой из сторон в случае нападения Германии на одну из них. Но в нём нет ни слова об Австро-Венгрии[36], этом ближайшем союзнике Берлина. Вот пойдут они на нас своими полчищами и хитренькие лягушатники умоют руки! Скажут, мол, насчёт Австро-Венгрии речи в протоколе не было… А почему бы нам не подписать официальное соглашение о взаимопомощи с Францией и вставить туда Австро-Венгрию, а? Что мешает? А я скажу вам — всему виной наш страх. Мы всё трясёмся, всё робеем перед европейцами… Как же! Немцы с австрийцами возмутятся. И что? Да пусть они хоть трижды лопнут от злости на своих тирольских лугах и баварских полях. Нам важно о России-матушке думать. Согласны? |