Книга В тени пирамид, страница 73 – Иван Любенко

– Прелюбодей он. На Дашеньку смотрит такими глазами, как кот на сметану. Не пара он ей. Да и голодранец к тому же. Вы, Клим Пантелеевич, на меня не серчайте, но я вам правду поведаю: хороший вы человек, степенный, но слишком молоды; больших высот достигнете, но не скоро. А моей внучатой племяннице уже сейчас нужен человек состоявшийся, с положением. Она ведь и не молода уже, но я с её замужеством не тороплюсь. В семейных делах ошибаться нельзя. Были у неё ухажёры, да всех я отшила. Племянница тянется к людям образованным, но небогатым. Плохо это. Потому что только состоятельный господин знает цену деньгам. Он не будет швырять ассигнации направо и налево, как корнет желторотый. Вот был один титулярный советник. Станислав третьей степени у него на груди болтался. Убеждал меня, что быструю карьеру сделает в окружном суде. А я и сказала ему, что когда надворного советника дадут, тогда и приходите свататься. Вот и вам, Клим Пантелеевич, до надворного ещё далеко. Не один год по чужеземным странам и городам помотаться придётся. А мне долго ждать нельзя. Чувствую, умру скоро… А Дарьюшка, добрая душа, сподобилась мумиё это окаянное мне привесть. Да разве я бы её одну в Египет отпустила? Сами видите, кавалеры, как коршуны, над ней носятся. Глазом моргнуть не успеешь, как растерзают красавицу… Вы, я вижу, с завтраком уже покончили. Не сочтите за труд, доведите меня до каюты. Шторм скорлупу нашу железную так мотает, что, боюсь, упаду ненароком.

Клим проводил княгиню, вышел на палубу и закурил. Ливень прекратился, но буря не утихала. Ветер гудел в мачтах, а из трубы вместе с дымом, точно из преисподней, искрами вылетали частицы угольной пыли.

– Любуетесь адом? – услышал он чей-то голос. Ардашев повернул голову. Рядом с ним стоял директор театра Блинохватов. В одной руке он держал рюмку, а в другой недопитую бутылку коньяку.

– Добрый день, Маркел Парамонович.

– Бросьте кривить душой, молодой человек! Ничего доброго сегодня не предвидится. День мерзкий и гадкий, как та старуха, которая только что держалась за вас, точно старая ворона, уцепившаяся когтями за обледенелую ветку. Ей пора бы в Бозе почить, а она всё шаркает по палубе, отравляя очаровательной Дарье Андреевне молодую жизнь… Выпьете со мной «Мартеля»? Я его в Одессе купил, чтобы на пароходе не переплачивать. Хотите, попрошу матроса принести вторую рюмку?

– Благодарю, но качка и коньяк – вещи несовместимые.

– Зря вы так думаете, – покачал головой собеседник – и, налив до краёв новую порцию напитка, принял внутрь. Он крякнул от удовольствия и сказал: – Спиртное – лучшее средство от морской болезни и страха кораблекрушения. Так легче обмануть пьяный организм и унять панику. Мозг начинает путаться, и вас, вот увидите, перестанет мучить качка. Может, всё-таки плеснуть вам?

– Что-то не хочется.

– А вот скажите, почему государь так боится нас в другие страны пускать?

– Простите?

– Что же тут непонятного? Заграничный паспорт нам выдают, а российский вид тут же забирают и вернут его лишь после возвращения. Разве это справедливо? Получается, мы с вами заложники у собственного государства. Боятся, что сбежим? – Он вынул паспорт и, тряся им, добавил: – С бумажкой и положением ты человек, а без неё – мокрица, насекомое. А если ещё и не из дворянского сословия – пустое место. Где же справедливость?