Книга Мраморный слон, страница 16 – Наталья Звягинцева

На лице Фирса Львовича отразилось недоумение. Почему эта женщина не может ответить на заданный вопрос прямо? Обязательно заведёт разговор в непонятную сторону, так что и вспомнить, с чего всё началось, невозможно. Но придётся потерпеть, никто другой сейчас об этом не расскажет. Сделав усилие над собой, Мелех надел маску крайней заинтересованности.

– Очень, очень увлекательно, – он попытался так изогнуть шею, чтобы увидеть, куда только что показывал Пётр.

Лисина, заметив потуги Фирса Львовича, без предупреждения схватила его за рукав и, втянув под пальму, установила ровно на то место, где ранее стоял генерал.

– Вот так он и стоял здесь, – радостно сообщила она.

– Кто? – Франт не выдержал и взмолился: – Ольга Григорьевна, милая, да расскажите же мне всё по порядку.

– Я по порядку всё и рассказываю, – оживлённо затараторила женщина. – Как вошла я сюда, смотрю, под пальмой Константин Фёдорович стоит и умиляется. Глаза аж прослезились. Стыдно, видать, ему стало, вот и сбежал, как меня заприметил.

– Никак в толк не возьму, при чём здесь генерал, вы же сказали, что княгиня с Аннет ссору сделали, а вы теперь мне про генерала толкуете. – Мелех пристально посмотрел на Петра, может, хоть он что вразумительное скажет.

Но Лисина не собиралась останавливаться:

– Вы же меня не дослушали, сударь. Мы с Петей стояли здесь, вот где вы сейчас. Анна Павловна и Белецкая – под ёлкой. А потом как началось! Тебе, мол, нет дела до моих чувств, и что теперь я тебя ненавижу и собираюсь уйти из дому.

– Но постойте. – Наконец хоть что-то начало проясняться, и Мелех решил разобраться до конца. – Вы здесь, а они в саду. Окна и двери в оранжерее были закрыты?

– Да, я тогда никаких сквозняков не почувствовала, – тут же ответила Лисина.

– Так как же, позвольте узнать, вы смогли услышать, о чём они говорят? – подал голос Борис, он стоял чуть в стороне и внимательно слушал.

– Вот именно! Наконец и вы всё поняли! – Ольга Григорьевна от удовольствия пошла красными пятнами.

– Аннет кричала, – разъяснил Пётр. – Так громко кричала, что здесь было слышно каждое слово. Она сказала обидное Анне Павловне и убежала в дом. А дальше вы сами всё видели, бедная Анна Павловна так расстроилась, что велела за душеприказчиком послать. И я не удивлюсь, если она всё-таки вычеркнет её из духовного. И поделом ей будет.

В оранжерею вошли два лакея, нагруженные расшитыми подушками, за ними служанка и уставшая мадам Дабль.

– Разложит на диван, – приказала она девушке, указывая на гору подушек, – и смотри, чтоб большие – с боков, а маленькие – по центру, не перепутай, как в прошлый раз.

Переведя взгляд на Фирса Львовича и Бориса, экономка удивлённо вскинула брови, но ничего не сказала. Она обошла оранжерею, заглянула в каждый угол, поправила пальмовые лапы, придавая видимость порядка. У ящика с кустом, возле которого по-прежнему стоял на коленях садовник, мадам Дабль грубо окрикнула его:

– А вы что тут делает, мистер Грин?! Если мне не изменяет памят, вчера я напоминат вам, что сегодня пятница. Чтоб вы не ходили здес и не пугали гостей своей чумазой физиономией.

Молодой человек в круглых очках с толстыми линзами, застенчиво улыбаясь, вынырнул из-под куста и виновато покосился на только что вошедшую в оранжерею в поисках отца Варю Мелех. Разведя руки и таким образом давая понять, что он вовсе не виноват, мистер Грин сказал: