Книга Мраморный слон, страница 69 – Наталья Звягинцева

Вскоре пожаловали барышни Добронравова и Мелех. Полковник с облегчением вздохнул, взял под локоток Лисину и поволок её в допросную, оставив доктора исполнять свой врачебный долг. Надежда, что Вислотский, свидетель его позора, останется с княгиней, не оправдалась. Граф неуверенным шагом двинулся следом за рассерженным полковником и упирающейся Лисиной.

– Итак, Ольга Григорьевна, где и с кем вы были с двух часов до пяти минут после двух ночи в субботу по окончании приёма?

К сильной усталости полковника Смолового добавилось раздражение. Оба эти чувства относились к одному и тому же персонажу, никак не желающему покидать общество старого полицейского и преследующего его на каждом шагу. Как он надеялся, что, поторопившись, своими здоровыми ногами преодолеет расстояние от спальни княгини до допросной быстрее графа, но не вышло. Глупая гусыня, эта абсолютно бестолковая жёлтая женщина, Лисина, сопротивлялась и вырывалась всю дорогу. Глядя на неё, и не скажешь, что есть в ней столько бодрости для этого нескончаемого процесса. В результате пришли в столовую почти одновременно с хромающим Вислотским.

– Не молчите, милочка, не тратьте впустую своё и моё время.

Этот пунктик у полковника тоже был. Причём в последние часы он разрастался со страшной силой. Внутри что-то нездорово клокотало, подгоняя и не давая перевести дух. Но здесь Илья Наумович понимал, что это было. Завтра ровно в полдень его ждал с докладом о проделанной и желательно завершённой работе непосредственный начальник в управлении полиции. И было ощущение, что завтра он может если не лишиться службы, то серьёзно пострадать от предстоящего общения – как в физическом, так и в финансовом плане. А это совсем нежелательно.

Глядя в отстранённое лицо полковника Смолового, Николай Алексеевич проковылял к креслу у окна и там остановился. Бледное женское лицо в обрамлении выцветших рюшей казалось нездоровым и имело пепельно-землистый оттенок. Ничего, кроме жалости, эта сгорбленная некрасивая Лисина не вызывала.

– Да ответьте же мне наконец! – прикрикнул на неё Смоловой и подался вперёд.

– Я… Я пытаюсь вспомнить… Там, кажется, был Борис Антонович и ещё кто-то, – запричитала Ольга Григорьевна.

– Может быть, господин Мелех? – не выдержав, вскочил полковник. Совсем нервы расшатались с этим делом, надо покончить с расследованием как можно скорее.

– Да, да, – мелко затрясла жёлтой головой Лисина, – да, так и было. Он подтвердит, что я была с ним…

Полицейский с шумным выдохом вновь опустился на своё место.

– Значит, и Добронравов там был? – стараясь сдерживать себя, спросил Смоловой.

– Он рядом стоял, потом, кажется, подошла мадам Дабль, и они о чём-то заговорили. Я… Я плохо помню… Ещё была прислуга… или… ох, я совсем всё путаю…

– Тогда пойдём с другого конца. – Илья Наумович начал успокаиваться, разговор шёл хорошо. – Где вы в это время находились?

Лисина резко вскинула голову и посмотрела на полковника.

– А это я помню, – уверенно заговорила она, – мы все тогда были в диванной. Именно так. Фирс Львович и я сидели на диване, что стоит у самого прохода, в дальнем углу маячили две горничные, вероятно, ждали сигнала, чтобы прибираться в столовой. У другой стены стояли Борис Антонович и Агата.

– Так-так. Очень хорошо. А теперь постарайтесь вспомнить, что случилось дальше.