Книга Убийство в Петровском парке, страница 55 – Роман Елиава

– Я Вас долго не задержу, Николай Николаевич. Я знаю, что это Вы оплачиваете драки в трактирах.

Шустов, который уже собирался уходить, вернулся назад и уселся в кресло. Жестом он предложил Трегубову последовать его примеру, чем Иван и не преминул воспользоваться.

– Во-первых, это не я оплачиваю, это идея моего отца, – сказал Шустов.

– Подобные происшествия могут иметь для него и для Вас самые неприятные последствия, – свидетелей найти не проблема. Мы знаем, что Вы используете студентов.

– Послушайте, господин следователь… запамятовал Ваше имя…

– Иван Иванович Трегубов.

– Послушайте, Иван Иванович, жизнь моего отца была непростой, совершенно не такой, как у нас с Вами. Он многого добился, но при этом у него сформировалось собственное понимание мира и способов достижения в нём своих целей. Сейчас это уже старый и больной человек, управление компанией постепенно переходит ко мне и моим братьям. Как Вы могли заметить на улицах Москвы, мы по-другому смотрим на способы сделать наш товар более популярным.

– Да, я вижу это, – согласился Иван.

– Тогда чего Вы хотите? – Шустов сложил руки в замок, внимательно глядя на Трегубова.

– Я хочу, чтобы Вы всё это прекратили. Прекратили нанимать студентов и устраивать драки в трактирах и других питейных заведениях.

– Хорошо, я обещаю Вам это.

– Это не всё, – сказал Иван.

– Что ещё Вы хотите от меня?

– Вы должны компенсировать ущерб истцам.

– Хорошо, – согласился Шустов младший после минутного раздумья. – Но это будет неофициально. Если они получат деньги, то будут молчать о причинах этих происшествий.

– Я не могу решать за других, но готов озвучить им Ваше предложение. Предполагаю, что в текущей ситуации для них будет выгоднее согласиться, – сказал Иван.

– Договорились. А Вы, оказывается, неплохойкоммерсант, господин следователь, – умеете убеждать. Но сейчас мне действительно пора. Сообщите мне, когда будет принято решение.

Вечером того же дня Трегубов и Татьяна Михайловна возвращались после концерта в Большом Театре и оживленно обсуждали увиденное.

– Вы не жалеете, что я уговорила Вас сходить, Иван Иванович?

– Нет, что Вы! Наоборот, я благодарен Вам за приглашение, – великолепная опера! Какая музыка! Мне кажется, я ничего подобного раньше не слышал, – ответил Иван.

– Я читала, что это дипломная работа Рахманинова. Если он в таком молодом возрасте создаёт такие оперы, то что можно ожидать впоследствии! – восхищенно прокомментировала девушка. – А Вы видели, что премьеру посетил Чайковский?

– Признаться, я не знаю Петра Ильича в лицо. Помимо этого, я был всецело поглощен действием на сцене.

– Этот Немирович-Данченко, который написал либретто, тоже неплох, не правда ли? Представьте себе: он сделал это всего лишь за месяц!

– Согласен. Он тоже постарался, но поэма Пушкина сама по себе хороша, и мне думается, что было несложно по ней написать либретто, – сказал Иван.

– Что Вы такое говорите?! – воскликнула девушка. – Вот Вы сами когда-нибудь пробовали написать подобное?

– Я? – нет, у меня, знаете, есть чем заняться.

– О чём таком Вы говорите? Сравниваете преступный мир с искусством! Вы видели, какова Сионицкая в роли Земфиры? Она просто завораживает! Какие чувства, какая страсть!

– Но мне казалось, всё это было немного, как бы сказать, по театральному. Слишком чувственно, – возразил Иван.