Книга Восемь дней до убийства, страница 11 – Елена Фили

— Значит, купим путевки и будем такими же пациентами, как все. Куда Паша от нас тогда денется?

— Я могу одна смотаться. У меня баланс не горит. В ветклинике лето — не сезон. Кто с питомцами на даче, а кто песелей и котиков с собой в отпуск увозит.

— Мы едем вместе, — отрезала Дина. —Вопрос в том, как оформить путевки? У тебя что-нибудь болит? Что лечат в оздоровительном центре Ларисы Сергеевны? Нужны санаторно-курортные карты из поликлиники. Это делается не быстро.

— Вообще не проблема. У нас в ветлечебнице куча клиентов, врачи есть, позавчера даже гинеколог приходил. Глазки мне строил, пока его шпица доктор кастрировал. Карты я беру на себя. Путевки на месте купим, Лариса нам поможет. А тебя твой козел отпустит?

— Сколько можно?! Ну не называй ты так Бориса.

— Отпустит?

— Мы поедем вместе, я же сказала. Занимайся санаторными картами. С Борисом я разберусь.

Разберется она, как же. Туся с силой швырнула смартфон в стену. Тот ударился, отскочил на пол и закрутился на гладком паркете. Она раздраженно усмехнулась. Тетя с Диной, зная привычку Туси в припадках гнева бросаться любыми предметами, что под руку попадут, и особенно телефонами, скинулись и сделали защиту корпуса и экрана. Что ж, сейчас это пришлось кстати. А то как звонить?

Упоминание о Борисе вывело Тусю из себя. Ее злил не он сам, а зависимость от него сестры. Угораздило же выйти замуж за гнусного абьюзера. И врет ей постоянно, и руки распускает. А потом на коленях ползает, мол, я тебя люблю и боюсь потерять. Гнида. А Динка ему прощает. Но пусть ей-то, Тусе, не врет. И детей у них до сих пор нет, хотя они в браке уже столько лет, не потому, что кто-то нездоров, а потому, что Динка знает, что Борис может и ребенка ударить, если что-то не так пойдет.

Туся подняла смартфон и принялась просматривать контакты. Кого попросить помочь? Один из бывших работал в поликлинике по месту жительства. Он не откажет. До сих пор не смирился, что Туся к нему не вернется. Липучка…

— Привет, зая. Мне срочно нужны две санаторно-курортные карты для меня и Динки… Какая разница? Придумай, что там обычно лечат в этих заведениях… Сдавать анализы? Это кровь, что ли?.. Ого, сколько всего… Еще и гинеколога пройти? Я перезвоню.

Туся приуныла. Зануда, хочет, чтобы анализы сдали. А вдруг там что-то и вправду найдут? А то, что нужно для путевки, наоборот, не обнаружится. И время, время. Пока сдать, пока обработают… Нужен человек, который решит вопрос быстро и кардинально, да еще благодарен будет за то, что Туся к нему обратилась. Ну сходит пару раз на свидания, от нее не убудет. Раз для деланеобходимо. Только вот на ум никак не приходит нужная кандидатура.

Ее рука потянулась к кружке с остывшим кофе, а глаза машинально заскользили по стенам, где были развешаны детские фотографии. Туся и Динка с родителями. Туся и Динка с дедушкой и бабушкой. А вот вся большая семья: на скамейке дед с бабулей держат на коленях Тусю с сестрой, рядом тетя с мамой в красивых светлых платьях, а за спинами папа — высокий! Его фотограф специально подальше поставил, чтобы не заслонял родных. Вокруг развесистые яблони, поодаль деревянный сруб, желтеющий новыми бревнами. Баня. Будь она проклята. Последнее счастливое лето в жизни.

…Дедушка с бабушкой пошли мыться и что-то задерживались. Мама отправилась посмотреть, что случилось, и увидела выползающий из-под крыши дым. Вместе с папой они пытались добраться до потерявших сознание родителей, но не успели — крыша рухнула. Прибежавшие на крики соседи ничем не смогли помочь. Тусе было десять лет, Динке — двенадцать. А младшей сестре мамы Паше, которая в этот день повезла их в город кататься на чертовом колесе, всего двадцать два. Так Паша внезапно стала матерью двух взрослых дочерей, а Туся с тех пор боится, что может потерять и их, и потому требует от сестры и Паши, чтобы каждый вечер они писали ей или звонили сообщить, что с ними все в порядке. И с кавалерами не может долго встречаться, вдруг прилипнет к нему так, что не отодрать, а он раз — и исчезнет.