Книга Еще один глоток, страница 19 – Питер Чейни

– О, черт! – сказал Беллами.

– Пьяный, ты просто невыносим, – продолжала Кэрола. – Ты не умеешь пить. Ты устраиваешь сцены. Пожалуйста, уходи. Я больше не хочу тебя видеть.

Беллами взглянул в полуоткрытую дверь. За ней на ковре он заметил тень.

– Понятно, – сказал он. – Значит, это – твой прощальный привет. Ну, что ж, Кэрола, как знаешь. Хотя я не понимаю, почему мне нельзя сказать Мотту правду о мошенничестве, творящемся в его проклятом клубе. Конечно, если же…

Голос его сделался саркастическим.

– Если не что, Ники? – не столь уверенно спросила Кэрола. Он начал искать по карманам портсигар.

– Почему ты не скажешь мне правду, дорогая? – спросил он. – Я догадался обо всем уже некоторое время назад. Дело в том, что ты, черт побери, влюбилась в Ферди Мотта… – он указал на открытую дверь. – В человека, который стоит за дверью и изо всех сил слушает, что здесь происходит, дьявол его возьми!

Он оттолкнулся от стола и стоял, покачиваясь. Она нервно оглянулась на дверь.

– Какие у меня шансы против единственного и неповторимого Ферди Мотта? – заплетающимся языком произнес Беллами. – Единственный и неповторимый Фердинанд – маленький Божий дар женской половине человечества, который никогда не бывает под мухой, у которого всегда водятся в карманах деньжата, которому не приходится выписывать чеки, прекрасно зная, что они вернутся с пометкой на обороте: «ремитенту в виду отсутствия средств на счете плательщика». Фердинанд надежен, у него отличные манеры и с ним приятно водить знакомство, даже несмотря на то, что он – владелец грязного игорного клуба.

Беллами перевел дыхание.

– Ну, ладно, дорогая моя, – примирительно сказал он. – Конец так конец. Так тому и быть. И большинство твоих друзей вместе со всеми твоими родственниками могут собраться и поздравить друг друга с тем, что ты избавилась от Ники – от плохого парня, короля пьяниц, гордости коктейль-баров, который рано или поздно запятнал бы фамильный герб Эверардов так, что тот стал бы похож на вывеску гостиницы «Стефенз».

Он икнул.

– Мое сердце слишком переполнено, чтобы что-нибудь еще сказать. А может быть, это – результат взаимодействия виски с ромом и шампанским. Как бы то ни было, я ухожу. До встречи, любовь моя… Смотри, не пожалей!

Он протиснулся у нее за спиной в дверь и через гостиную проследовал к выходу.

Мотт вошел в столовую. Кэрола сидела на стуле возле стола, обхватив голову руками. Она всхлипывала.

– Не беспокойтесь, Кэрола, – успокоил ее Мотт. – Вы все сделали правильно. Дорогая, он не достоин такой девушки, как вы. Он не только глуп, он невозможен.

В холле дворецкий помог Беллами надеть пальто. Когда он открывал дверь, Беллами спросил:

– Сомс, миссис Марч здесь?

– Нет, сэр, – ответил Сомс. – Они с мистером Марчем ушли минут двадцать назад.

– Понятно, – сказал Беллами. – А миссис Берингтон?

– Она тоже ушла, сэр.

– Очень плохо. Похоже, придется идти одному. Спокойной ночи, Сомс.

Он почти уже вышел, когда в холле появилась горничная.

– Мистер Беллами, вас к телефону. Это – миссис Вэнинг, – сказала она.

Беллами вернулся. Горничная проводила его в правую часть дома, в стороне от гостиной. В конце коридора стоял телефон. Он снял трубку.

– Привет, Фреда, – сказал он, прислонившись к стене и закрыв глаза.

Фреда говорила хриплым голосом: