Онлайн книга «Дамочкам наплевать»
|
Асьенда. Башковитый ты парень, Лэнгдон. Все я понял. Играю так, как договаривались. Контора Бёрделла. У тебя нет иного выхода. Липни к этой дамочке. Склоняй ее к замужеству с тобой. У тебя это легко получится. Когда этот самоуверенный придурок Коушен появится и начнет копать под нее, она перепугается. Тогда ты и развернешься. Скажешь ей: единственный способ избежать обвинения в убийстве – это сказать, что на дознании мы говорили правду и в момент гибели Грэнворта ее в Нью-Йорке не было. Остальное проще простого. Это тебе понятно, Ферди? Асьенда. Еще бы непонятно! Все уловил. Контора Бёрделла. Сделай Перьере коленкой под зад от меня и скажи: когда все кончится, мы с ним встретимся и отправимся, куда захотим. Пока, Ферди. Веди себя осмотрительно и ни во что не встревай. И постарайся без пальбы. Асьенда. Пока, Лэнгдон. Ты тоже не теряй бдительности. До встречи. Конец разговора. Телефонист: Г. О. Тарнет. Стенограмму вела: В. Л. О’Лири. Занимательное чтиво, не правда ли? Получается, я был абсолютно прав в своих подозрениях насчет хитреца Бёрделла. И прежде чем я разберусь с ним окончательно, он у меня еще ответит за «самоуверенного придурка Коушена». Удивительно, но вся эта преступная шушера почему-то считает полицейских придурками и остолопами. Федералов тоже. У них это вроде правила. Но очень скоро они убедятся, что пора платить по счетам. Но пока пусть почитают меня за придурка. Прочитав стенограмму, достаю фотографии. Вот эта троица: горничная Дюбинэ, дворецкий Паланца и шофер Термильо. Увидев физиономию последнего, я чуть не подскакиваю на месте, поскольку шофер Термильо – не кто иной, как Фернандес, которого я недавно отделал до беспамятства и спустил с лестницы на асьенде. Черт, а дельце становится все более занимательным. Итак, Фернандес под именем Хуана Термильо служил шофером в семье Эймс, а нынче он любитель азартных игр, ошивающийся на асьенде «Альтмира». Теперь понятно, кто отправил им газетную вырезку с моей физиономией. Это сделал Бёрделл. Фото предназначалось для Фернандеса, чтобы знал, с кем ему придется иметь дело. И Фернандес известил Бёрделла о местонахождении писем Генриетты. Однако постойте! Еще одна малюсенькая деталь. Откуда Фернандес узнал, где именно Генриетта хранит письма? Ответ прост: потому и узнал, что сам их засунул в тайник. Я ведь рассказывал вам, с какой подозрительной легкостью нашел эти письма? Они лежали в примитивном тайнике, сделанном в сборнике поэзии, и буквально кричали: «Найди нас!» Для этого не надо быть федералом. Достаточно обладать обыкновенным здравым смыслом. И если мои предположения верны (а я в этом не сомневаюсь), тогда Бёрделл – врун вдвойне. Вся эта чепуха о том, что Генриетта нашла письма в служебном столе Грэнворта и чуть ли не на виду у Бёрделла забрала их, – беспардонное вранье. О’кей. Что-то мы уже нашли, и это что-то недурно выглядит. У меня в голове теснятся идеи насчет нового расклада. Хватаю блокнот, карандаш и по пунктам записываю результаты своего анализа. Вот они. Пункт 1. Бёрделл убеждает слуг сказать на следствии, что в момент смерти Эймса Генриетты в Нью-Йорке не было. Он подкупает ночного сторожа на причале Коттонс-Уорф, и тот за тысячу долларов обязуется молчать про женщину в машине. Пункт 2. Когда Генриетта пытается обналичить фальшивую облигацию и Коушену поручают расследовать это дело, Бёрделл рассказывает ему ту же версию, какую представил на коронерском следствии. Вскоре Бёрделл обнаруживает в письменном столе бывшего босса три письма Генриетты, пересылает их Фернандесу, обосновавшемуся на асьенде, и велит спрятать их в жилище дамочки, но так, чтобы письма можно было легко найти. После этого умница Лэнгдон пишет Коушену анонимное письмо, советует поехать в Палм-Спрингс и найти эти весьма красноречивые письма. |