Онлайн книга «Клетка для простака»
|
Доктор Фелл помолчал. На корте быстро темнело, но жара не спадала. Никто не шелохнулся, за исключением Ника, который отодвинул свое кресло на дюйм назад. – Попробуем проследить за его действиями в тот субботний вечер, – почти приветливо заговорил доктор Фелл. – Прекрасный день, удачное время для осуществления его плана. Часы показывают несколько минут седьмого. Простаки играют в теннис. Он сидит в кабинете с открытыми окнами, и Хэдли как раз сообщает ему о том, что человек по фамилии Чендлер может попытаться убить Дорранса. Доктор Фелл широким жестом руки вызвал в памяти всем знакомую картину: длинный низкий кабинет с зелеными стенами, низкие книжные полки с бронзовыми статуэтками наверху, тикают часы, через окна слышен отдаленный стук теннисных ракеток. – Мы можем представить себе, что этот хитрый джентльмен поздравлял себя: так, наверное, и было. Все складывалось наилучшим образом. В лице Чендлера он получил козла отпущения. Он поспешно отделался от Хэдли. Все прочие приготовления были уже сделаны. Из западных окон его кабинета – как нам известно – открывается вид на деревья вокруг корта, подъездную дорогу, гараж и тропинку к дому миссис Бэнкрофт. Из этой дозорной башни он мог видеть, как игравшие покинули корт, мог видеть, куда они пошли. Только одно могло нарушить его планы, и на какое-то мгновение нарушило. Гроза, которая вот-вот разразится. Она спутала все его расчеты; он запаниковал. Гроза началась, как только он отделался от Хэдли. Он в ярости сел и стал размышлять, что делать дальше. И пришел к философскому выводу, что самое лучшее – подождать, пока гроза кончится, и посмотреть, что случится. Поэтому (он сам так говорит) он лег на диван и принялся читать «Процесс над миссис Джуел». Доктор Фелл слегка повел рукой. Суперинтендант Хэдли сделал несколько шагов и остановился перед Ником, чье инвалидное кресло со скрипом откатилось еще на дюйм. – Я попрошу вас, сэр, – сказал Хэдли, – ответить мне на пару вопросов касательно времени, какое вы провели тогда в кабинете. Ник сохранял полнейшую невозмутимость: – С удовольствием, хоть я уже и дал вам свои показания. – Да. Это другие вопросы. Вы закрыли окна, когда началась гроза? – Естественно. – Понятно. Когда вы снова открыли их, доктор Янг? Когда я пришел к вам в следующий раз, они были открыты. – Если это вас так интересует, я открыл их, когда гроза миновала. В семь часов или что-то около того. – Что вы сделали потом? – Суперинтендант, сколько можно повторять одно и то же? Я снова вернулся на диван; снова лег и стал читать скучную книгу. – Вы не выходили из кабинета между семью и семью тридцатью? – Нет, не выходил. – Понятно. В таком случае, – спросил Хэдли, – как случилось, что вы не слышали телефонного звонка? – Э-э-э? Хэдли был терпелив: – Единственная причина, заставившая меня в субботу нанести вам повторный визит, заключалась в том, что я не мог дозвониться до вас по телефону. Я пытался. Я звонил целых три минуты, и никто не ответил. Телефон стоит на письменном столе в вашем кабинете. Почему вы не сняли трубку? На губах Ника по-прежнему играла слабая скептически-презрительная улыбка. Он насмешливо, чуть ли не глумливо покачал головой: – Мой славный полицейский. Вероятно, я спал. – Спали целых три минуты под телефонные звонки, тогда как телефон всего в шести футах от вашего дивана? |