Книга Крокодил на песке, страница 133 – Барбара Мертц

– Перестаньте! – возмутилась я и попыталась оттолкнуть его. – Я вовсе не эти таланты имела в виду. Прекратите же, Эмерсон, еще немного, и вы вгоните меня в краску. Я не хочу…

– Не хотите? – с сомнением переспросил Эмерсон, поворачивая мое лицо к себе.

– Хочу! – вскрикнула я и бросилась ему на шею.

Спустя довольно долгое время Эмерсон заметил:

– Вы понимаете, Пибоди, что я принимаю ваше брачное предложение исключительно потому, что это единственный способ заполучить ваши денежки? Вы не сможете участвовать в раскопках, если мы не будем женаты. Все европейцы из Каира и Александрии заклеймят вас как распутную и эксцентричную особу, а почтенная мадам Масперо заставит мужа аннулировать мое разрешение на раскопки в Египте.

– Прекрасно понимаю! – радостно ответила я. – А теперь, если вы перестанете меня сжимать с такой силой… я немного подышу.

– Глупости! – отрезал Эмерсон. – Потом подышите.

Последовала новая пауза длиною в жизнь.

– А вы, – наконец заговорила я, жадно глотая воздух, – вы понимаете, что я принимаю ваше брачное предложение только потому, что это единственный способ добиться своего? Какая жалость, что я не родилась на сто лет позже! Тогда бы мне не пришлось выходить замуж за высокомерного и грубого типа, чтобы на законном основании заниматься археологией.

Эмерсон снова впился в мои губы, и мне пришлось опять замолчать.

– Я нашел отличный способ затыкать вам рот, – сказал он спустя какое-то время.

Но тут улыбка сбежала с его лица, а в глазах появилось странное выражение – мне показалось, что я плавлюсь под этим пронизывающим насквозь взглядом.

– Пибоди, вам все-таки придется выслушать правду, хотите вы того или нет. Я без ума от вас! С того самого дня, когда вы ворвались в мою гробницу и принялись командовать, я понял, что вы – единственная женщина, которая мне нужна. Почему, по-вашему, я был мрачен и избегал вас с тех пор, как мы покинули Амарну? Я представлял свою дальнейшую жизнь без вас… невзрачное и серое существование без вашего громкого голоса и ваших сверкающих глаз, без вашей великолепной фигуры – вам никто не говорил, Пибоди, что у вас самая лучшая на свете фигура?.. Жалкая, скучная жизнь, где никто не будет сновать повсюду и совать свой любопытный нос куда не просят… И внезапно я понял, что этого не вынесу! Если бы вы сегодня не заговорили, я бы позаимствовал у Альберто костюм мумии и уволок вас в пустыню! Ну вот я все и сказал… Все-таки вы совершенно невозможная особа, Пибоди. Вы победили-таки меня. Довольны?

Я ответила не словами, но, думаю, ответила достаточно ясно. Отдышавшись, Эмерсон рассмеялся.

– Археология – это потрясающее занятие, но, в конце концов, нельзя же работать день и ночь… Пибоди, моя дорогая Пибоди, мы прекрасно проведем время!

– 3 —

Эмерсон, как всегда, оказался прав. Мы прекрасно проводим время! На следующий год собираемся отправиться в Гизу. Здесь, в Амарне, еще много работы, но кое-какие причины заставляют нас перебраться поближе к Каиру. Насколько мне известно, в Амарне хочет поработать мистер Питри, а он один из немногих археологов, к которым Эмерсон относится с симпатией. Хотя нельзя сказать, что они ладят. Когда в прошлом году мы встретились с мистером Питри в Лондоне, они с Эмерсоном сначала дружно поносили Ведомство древностей, а потом принялись поносить друг друга.