Книга Красная жатва и другие истории, страница 19 – Дэшил Хэммет

– Не валяйте дурака. Я представляю «Континентал». Вы же это агентство знаете.

– Да, и они меня знают. И им должно быть известно, на что я способен.

– Вопрос стоит иначе. Люди, которых вы хотите отправить за решетку, еще вчера были вашими дружками. Быть может, через неделю вы опять с ними снюхаетесь. На это мне наплевать. Но стараюсь я не ради вас. Я не для того рискую, чтобы помочь вам приструнить их, а потом убраться восвояси. Если хотите, чтобы дело выгорело, придется раскошелиться. Лишнее я не потрачу. Но учтите: либо я доведу дело до конца, либо вообще за него не возьмусь. И это мое последнее слово.

– И мое тоже, черт вас побери! – взревел он.

Окликнул он меня, когда я уже спускался по лестнице.

– Я старик, – пробурчал он. – Будь я на десять лет моложе… – Он глянул на меня и скрипнул зубами. – Так и быть, выдам вам этот чек, пропади он пропадом.

– И полномочия распоряжаться им по своему усмотрению?

– Да.

– Хорошо. Сейчас все и оформим. Где ваш секретарь?

Уилсон нажал на кнопку, и словно из-под земли перед нами вырос его молчаливый секретарь. Где он все это время отсиживался – неизвестно.

– Мистер Уилсон хочет выписать чек на десять тысяч долларов детективному агентству «Континентал», а также отправить в Сан-Франциско письмо, санкционирующее расследование преступлений и политической коррупции в Берсвилле. В письме следует оговорить, что агентство имеет право вести расследование так, как оно сочтет нужным, – заявил я.

Секретарь вопросительно посмотрел на старика, но тот, насупившись, кивнул белой круглой головой.

– Но сначала вызовите полицию, – крикнул я вдогонку скользнувшему в двери секретарю. – Пусть приедут и заберут труп грабителя. И врачу мистера Уилсона тоже позвоните.

На это старик тут же заявил, что нечего вызывать сюда этих проклятых докторов.

– Он сделает вам укол, и вы будете спать, – пообещал я ему и, переступив через покойника и подойдя к постели, забрал пистолет. – На ночь я останусь здесь, а завтра мы с вами вволю наговоримся о Бесвилле.

Старик явно устал. Когда он стал поносить меня за то, что я себе слишком много позволяю, его истошные вопли лишь сотрясали воздух.

Тем временем я снял с убитого шляпу, чтобы разглядеть лицо, однако оно мне ничего не сказало, и шляпу пришлось вернуть владельцу.

Когда я распрямился, старик, немного поостыв, спросил:

– Как там с убийцей Дональда? Дело идет?

– Идет. Еще день-другой, и все выяснится.

– Кто же убийца?

Но тут с чеком и письмом вошел секретарь, и я, не ответив на вопрос, протянул и то и другое старику на подпись. Он дважды коряво расписался, и не успел я спрятать бумаги в карман, как приехала полиция.

Первым вошел в комнату сам шеф полиции, толстяк Нунен. Он дружелюбно кивнул Уилсону, пожал руку мне и уставился блестящими зелеными глазками на убитого.

– Так-так, – сказал он. – Чистая работа, ничего не скажешь. Якима Коротыш. Ну и дубина у него! – С этими словами он выбил носком ботинка дубинку из руки убитого. – Такой и линкор потопить можно. Ты его шлепнул? – осведомился он у меня.

– Мистер Уилсон.

– Неплохо, очень неплохо, – похвалил он старика. – Вы очень многим время и силы сэкономили. Мне в том числе. Выносите его, ребята, – приказал он четырем стоявшим в дверях полицейским.

Двое подняли Якиму Коротыша за ноги и за руки и унесли, а третий подобрал с пола дубинку и закатившийся под труп фонарь.