Книга Обратный билет не нужен, страница 42 – Наталья Дым, Ирина Серова

— Телефон — сегодня же пришлю. И на себя оформлю, у Сергея же пока паспорта нет! — Она хихикнула, снова коснулась лица Серого нежно пропела:

— Выздоравливайте, Серёженька! — и быстрым шагом вышла из палаты, только на пороге остановилась и снова растянула губы в улыбке:

— Адью, мальчики!

Телохранитель, за всё время так и не проронивший ни слова, молчавышел вслед за ней.

— Я провожу, — Марат Донатыч ещё раз недобро глянул на Серого и поспешил за женщиной.

— Вот ведь стерва! — с чувством сказала Верочка.

— Стерва… — Макс усмехнулся, — ещё какая! А ты, — он повернулся к Серому, — лежи больше. Восстанавливайся. Теперь Марат Донатыч ещё с большим энтузиазмом тебя лечить будет. Ты, кстати, ничего не вспомнил? Фамилию или как на дороге оказался?

Серый мотнул головой. Он заметил, люди так и делают, когда отвечать не хотят.

— И у меня пока — голяк, — вздохнул Макс, — ладно. Я на службу. На пять минут к тебе вырвался. Держи хвост пистолетом! Вечером — загляну. Думаю, Домна к тому времени трубку тебе уже подгонит.

Серый про хвост и пистолет не понял, но уточнять не стал.

Через пару часов действительно ему принесли коробку с телефоном, перевязанную синей атласной ленточкой и короткой запиской: «Мой номер забит в телефонную книжку, звони, как будет скучно. Твоя Домна».

Вечером пришёл Макс, усмехнулся, прочитав записку, и предупредил:

— Ты с ней не связывайся, ты против неё — щенок белогрудый. Она таких мастодонтов до дна высасывала и на помойку выбрасывала…

Серый неопределённо пожал плечами: связываться с женщиной-синтетиком он точно не собирался. Она ему не нравилась. Как Марат Донатыч. Исходила от этих двух какая-то потенциальная угроза.

С телефоном Серый разобрался сам (А чего сложного? Инструкция прилагается.), и проблема с выходом в интернет была решёна. Теперь — только качай инфу, да успевай её обрабатывать.

Последующие две недели Марат Донатыч бился с Серым так и сяк, пытаясь вернуть ему память. Но Серый упорствовал. Сейчас он уже был спокоен, он знал все симптомы болезни и стоял насмерть.

Кстати, насчёт пистолета и хвоста — тоже выяснил. Это, оказывается, поговорка такая.

Вообще, открыв для себя такое явление в лингвистике, Серый неожиданно подсел на него. Забавно же! Странные, несочетаемые понятия и сравнения — интереснее только загадки и ребусы. Так что Серый не только вставлял в разговор меткие выражения, но даже иногда и думал ими.

Через две недели Марат Донатыч сдался.

— Не знаю, что с тобой делать, — вздохнул он, глядя на Серого, — держать тебя дольше — смысла не вижу. Домна, конечно, платит за тебя, но уже активно интересуется, когда выпишут. Виды у неё натебя.

Последнюю фразу Марат Донатыч сказал даже с сочувствием.

— Вечером Макс заедет, всё-таки ты, считай, его крестник. Подумаем, что дальше делать.

Серый загрустил. Понял: из больницы его хотят выгнать. А это значит — опять неизвестность и необходимость самому решать, что дальше делать.

Ему нравилось тут. Кормят, поят, всё по режиму. А после того, как он сам стал ходить в столовую, порция его еды сильно увеличилась.

Почему-то поварихи, полные немолодые женщины, прониклись к нему симпатией и не только добавку давали с удовольствием, но и всякие вкусности из дома приносили.

Жизнь по режиму, и всё понятно. Макс в гости заглядывает. Днём Серый отсыпался и ел. А по ночам по больнице гулял. Но ещё ведь не всю изучил. А потом, и парк рядом есть.