Онлайн книга «Ну и семейка»
|
— Мать где? Дома? Мне с ней поговорить нужно! Чего застыл? Соображай живее! Гена почесал затылок и ответил: — Так нет ее, уехала. Красота теперь! Никто не зудит, не пилит сутками! Денег правда не очень много оставила. Ну ничего, не пропаду! Работать пойду! Я перебила: — Как уехала? Так спешно? Куда мать уехала, тебя спрашиваю! Гена пожал плечами, пошлепал босыми ногами на кухню и притащил оттуда тетрадный лист. На нем неровным почерком, явно в спешке, было написано: «Сынок! Мне нужно срочно уехать! Придется тебе какое-то время одному пожить. Деньги на тумбочке, но ты на них не уповай, ищи работу. Давно пора тебе повзрослеть. А то вон каких дел наворотил, а матери теперь жизнь не мила. Я люблю тебя, Геночка! Прощай! Не поминай лихом! Твоя мама». Парень буркнул: — Почем я знаю куда? Чего пристали? Мне какая разница! Погостит где, да вернется, куда денется! А я хоть нравоучения слушать не буду. У вас все? Так я спать пойду. Я разозлилась и гаркнула: — Ну и деточки пошли! Мать пропала, а сыну и плевать! Давай уж ты ответишь на мои вопросы, если в отделение не хочешь ехать. Гена вытаращил глаза и заорал: — Еще чего! Никуда я не поеду! Не имеете права! Только жизнь, понимаешь ли, начала налаживаться. Удумали меня в тюрьму запихнуть! За что, интересно? Я ничего не делал! Я схватила Генку за рукав на всякий случай и затараторила: — Ты мне врал, что не был никогда в доме Милы. Так? Но теперь у нас есть доказательства, что был! И причем в кабинете Ковалева! Мало того, об этом даже твоя невеста не знает! Так, может, ты и убил ее папочку? Живо за мной! Шутки закончились! Генка насупился, молча оделся, присел, стал завязывать шнурки на кедах, и тут, сволочь такая, оттолкнул меня со всей силы и ринулся наутек! Я за ним, мы неслись как две ракеты до первого этажа через три ступеньки. Я орала: — Стой! Гад такой! Раз бежишь, знать, есть что скрывать! Ну погоди! Генка вылетел как ошпаренный во двор, а меня чуть входной дверью не пришибло, еле увернулась. Он хотел срезать себе путь, перепрыгивая клумбы. На скамейках, как грибы после дождя, расселись пенсионеры, и я как резаная заорала: — Держи вора! Кошелек спер! Еще и цветы топчет! Бесстыжий! Деньги верни! Бабульки заохали, замахали руками: — Ой, что творится! Средь бела дня Генка уже воровать стал! Ой, паразит! Ни стыда ни совести! Тихонович, подмоги поймать ирода, на тебя вся надега! Расстояние между мной и Генкой катастрофически увеличивалось, в боку кололо, и я злилась, что сейчас точно его потеряю из виду. Тогда все, пиши пропало. Ни Нины, ни Гены! И тут бодренький старичок-бородач отвлекся от домино и ловко, в два огромных прыжка, подскочил к бегущему парню и подставил подножку Генке, тот не ожидал такого от тщедушного пенсионера и кубарем покатился прямо в тюльпаны. Именно эта нежданная помощь бдительных граждан помогла мне догнать и обезвредить Генку. Приемчики я знала, отец с детства натаскивал. Поэтому лихо завернула ему руку в локте назад. Парень взвыл от боли: — Ай-ай-ай! Пустите! Вы мне руку сломаете! Ладно, везите! Но я все равно ни в чем не виноват! Ничего, у Милки денег вагон, она меня вытащит, вот увидите! Я увела Генку, усадила в машину и пригрозила: — Имей в виду, я уже вызвала наряд, попробуй только рыпнись! Не хочешь в полицию — давай побеседуем здесь. Хочешь — поехали. Сейчас мой друг, капитан полиции, проведет с тобой душещипательную беседу! Сразу вспомнишь, когда и зачем был у Ковалева, и куда мать делась. И может, ты и мать свою того? Чтоб жить не мешала? |