Онлайн книга «Ну и семейка»
|
— Марьяна! Выходи! Гостей принимай! Человеку помощь нужна! Девка помирает! Да ты что, старая, оглохла? Выходи, говорю! На порог, шаркая огромными галошами, вышла сгорбленная подслеповатая старушка, прикрикнула на соседа: — Ты чего орешь? Я же слепая, но не глухая! Но одеться-то мне нужно было. Или голышом в дождь бежать тебя, окаянного, встречать? Потом бабуля недобро на меня посмотрела с головы до ног и молвила: — Ты кто такая? Зачем ко мне пожаловала?Я гостей не жду! И тебя знать не знаю! Если ты насчет продажи участка под застройку, то сразу скажу нет! И разговора не будет никакого! Я из последних сил вежливо поздоровалась и умоляла: — Здравствуйте, Марьяна Андреевна! Меня Таня зовут. Не волнуйтесь, землю я у вас покупать точно не собираюсь. Мне плохо очень, простыла под дождем и ногу, кажется, повредила, можно мне войти? Я вам потом все объясню. Я Нину Сидоровну ищу, Афонину, племянницу вашу. Пропала она. Вот, думала, у вас найду… Марьяна Андреевна нахмурилась: — Нету у меня Нинки! Да и не явилась бы она ко мне после всего. Ну что с тобой делать? Горе ты луковое? Где ж ты так перемазалась? Митяй, неси ее в баню, а то она мне все сени перепачкает, лечить будем, а то и впрямь помрет. Под словом «лечить» я подразумевала цивилизованные средства, антибиотики, думала, может, за фельдшером хотя бы сходят. Нужно же с ногой что-то решать! Но то, что стало происходить дальше, напоминало действия в пыточной камере инквизиторов Средневековья. Ни больше ни меньше! Несмотря на мои попытки сопротивления, меня живо раздели донага и запихнули в адски натопленную баню. Если существует ад, то можно считать, что я там была! Наверное, там такое же пекло. Там даже вздохнуть было невозможно! Меня уложили на деревянную скамью на живот, Митяй поддавал на камни, а Марьяна, тщедушная с виду бабуля, взяла из таза размоченный дубовый веник и стала меня им пороть! Еще и приговаривала: — Это не я лечу, это мать-природа лечит! Хворь уходи, здоровье приди! Помоги, матушка природа! Исцели! Мои крики, думаю, слышала вся деревня, таких незабываемых в кавычках ощущений я точно никогда в жизни не испытывала! После этой страшной экзекуции меня облили трижды горячей водой, завернули в простыню и усадили в предбанник. Я-то думала, все самое страшное позади, но нет. Бабуля строго сказала: — Так, показывай ногу. Ого! Отек большой. Как бы и впрямь перелома не случилось. Сейчас посмотрим. И стала щупать, ее пальцы были будто из стали, я орала как резаная, а она ворчала: — Да не голоси ты так, аж уши закладывает. Я же только смотрю. Нужно потерпеть маленечко. Так, перелома точно нет, обычный вывих, сейчас вправлять будем. Мои глаза округлились, и я взмолилась: — Не надо, я прошу вас! Давайте скорую вызовем! Нумы же не дикари! Марьяна будто меня не слышала, кивнула Митяю: — Плесни ей своего фирменного обезболивающего, не жалей, как раз и организм прогреется изнутри. А то больно нервная клиентка попалась. Тоже мне, городские, все такие неженки. Дедуля что-то деловито налил в кружку и скомандовал: — Зажми нос и пей до дна! Это зелье целебное, от всех хворей разом спасает! На себе проверено! За ним ко мне очередь стоит! Только выгоню, вмиг разбирают. Я себя чувствовала, как в аду на сковороде, способность мыслить разумно после парилки отпала напрочь, и решила, будь что будет. Зажмурилась и выпила… О-о-о! Там было явно ракетное топливо! Градусов семидесяти. Все в глазах поплыло, и тут бабуля скомандовала: |