Книга Мертвая живая, страница 133 – Николай Леонов, Алексей Макеев

— Что случилось? В такое время…

Гуров пропустил замечание мимо ушей:

— Давайте зайдем внутрь, чтобы не беспокоить соседей.

Но Тамара Николаевна поплотнее прикрыла дверь:

— Нет, внучку разбудите. У нас квартира однокомнатная, стены тонкие, так что не получится поговорить даже на кухне. И вообще, вызывайте в отделение или как там у вас называется. Я ничего не сделала, так что…

И оперу ничего не оставалось, как расспросить женщину напрямую.

— Вы сегодня встречались со Светланой Кондратьевой, сейчас у нее фамилия Васильченко? Во сколько она к вам заезжала?

Он намеренно не стал объяснять, как и откуда узнал об их общении, почему появился прежде всего здесь, чтобы расспросить о визите Кондратьевой. Пускай это давит на свидетельницу, она будет считать, что он в курсе происходящего.

На лице Тамары мелькнуло замешательство, но она упрямо закрутила головой:

— Светлана ко мне не приезжала. Вы что-то путаете.

— А как давно с ней виделись, после того как освободились?

От его слов женщина вздрогнула, никто не любит, когда упоминают его темное прошлое. Ей оставалось только упрямо твердить:

— Вы перепутали, после освобождения мы со Светланой общались только по телефону. Спрашивали, как здоровье, как внуки. Она, конечно, недалеко живет. Но у меня диабет, внучка на руках, так что не до гостей.

— Где ваша невестка? Она дома? Я хотел бы с ней поговорить.

Гуров не сводил с женщины взгляд. Спит внучка, значит, в квартире все тихо и спокойно — никто не скандалит, не выпивает.

Тамара Николаевна запахнула ворот халата:

— Она с мужем уехала на вахту работать.

— Давно?

— Несколько месяцев назад.

— И внучку оставили с вами?

— Конечно, а кто еще будет за ней присматривать.

— С кем еще общаетесь из бывших заключенных?

Вопросы Льва явно пугали несчастную пенсионерку. Она бледнела все сильнее, отвечала едва слышно, но твердила одно и тоже:

— Не знаю, ни с кем, ничего не знаю.

Он вдруг сменил тон:

— Простите, я вас напугал… Просто мне надо найти Светлану Кондратьеву, пока она не натворила глупостей. Понимаете? Ей надо остановиться, глаз за глаз, око за око — принцип «Талиона», но не реальной жизни. Зло будет, как снежный ком, становиться все больше.

Женщина покачнулась и схватилась за стену:

— Я не могу, я… мне надо идти. Внучка…

Лев понял — она знает, как найти Кондратьеву! Но боится, что тогда откроется и ее собственная тайна.

Тамара с трудом сделала неуверенный шаг к двери:

— Пожалуйста. — В голосе у нее были слезы. — Не надо, не мучайте меня.

Гуров попытался взять женщину под руку:

— Давайте, я помогу дойти.

Несчастная женщина отшатнулась и чуть не упала, едва удержавшись за перила. Ноги у нее подогнулись, и она почти повисла на деревянной рейке. Гуров ринулся на помощь, как вдруг открылась дверь соседней квартиры и оттуда показался высокий, широкоплечий мужчина. Он стремительно шагнул к женщине, подхватил ее словно пушинку и боком оттолкнул опера в сторону:

— Отвали!

В одно движение впихнул Тамару Николаевну в коридор квартиры и плотно захлопнул дверь. А потом его туша двинулась на полковника Гурова:

— Тебе чего надо, давай чеши отсюда! Ночь на дворе, ты людям спать мешаешь. Ну, кому сказал.

Нет, оперуполномоченный не испугался его угроз и тем более физической стычки, хотя нападавший был крупнее его и выше на голову. Но драться сейчас… Он легко справился бы с ним, уложил бы лицом вниз парой болевых приемов прямо здесь, на крошечном пятачке лестничной площадки. Но это было бессмысленно. Семенова доверять ему от этого не станет и уж тем более не расскажет о «Талионе» и визите Кондратьевой.