Книга Мертвая живая, страница 58 – Николай Леонов, Алексей Макеев

— Елена очень любила тайны и тратила на них огромные деньги. Но знаете, она повторяется, — улыбнулся Лев. Пол в офисе был выложен старым советским, но отреставрированным паркетом елочкой. Если о таком паркете заботиться, то он будет почти вечным. И вот что слушал так внимательно Гуров. Как звучат половицы. И одна из паркетин была закреплена не до конца. Точно так же, как в доме четы Самойта, секрет хранил пол.

Сейчас, после тушения пожара, пол был усыпан хлопьями сажи, обрывками укрывного материала, порошком, досками и прочим мусором. И именно поэтому услышать то, что одна половица скрипела как-то по-другому, было нельзя. Поэтому Гуров просто ходил и постукивал ногой в разных местах, надеясь, что хорошо смазанный механизм отреагирует на давление.

Половица скрипнула, и в сторону отъехала небольшая панель на стене. Ее почти не было видно, стены были выкрашены в белый цвет, но за офисным креслом вдоль стены тянулся деревянный бордюр светлого дерева. Такой бордюр делают в том числе и чтобы защитить стену от постоянных ударов о нее спинкой кресла. Панель была на креплениях, а под ней оказался замок. Лев вставил в него ключ и повернул.

Ему показалось, что, когда сделал это, Кувшинова, стоящая совсем рядом, перестала дышать.

Панель была еще и дверной ручкой. А сама дверь — фальш-стена — сдвигалась в сторону, как дверь в купе. И, судя по всему, Елена очень заботилась и о замке, и обо всех механизмах, смазывая и проверяя, чтобы все работало.

Внутри, за дверью, была не кладовка, а полноценная комната. Скорее всего, Самойта очень любила историю. И, обнаружив эту комнату, она привела ее в порядок. Старая комната коммунальной квартиры, вряд ли ее прадеда, скорее всего, просто случайная комната, сохранилась в том виде, в каком ее спрятали хозяева. Даже маленькая раковина у стены.

— Но зачем эта комната… Если бы Алена, то есть Елена, хотела, она бы могла снять соседний офис, а тут какая-то старая комната, — немного расстроилась Кристина, видимо, она надеялась, что они сейчас найдут сокровища ее начальницы или, может быть, вход в какой-то тайный коридор под Кремлем. В общем, что угодно, но не обычную комнату старой коммуналки, пусть и в таком удивительном месте.

— Надо же, слушай, я таких раковин с детства не видел, — рассмеялся Стас, проигнорировав расстроенную Кувшинову. — Как ты думаешь, зачем ей это?

Гуров обошел комнату. Окно там было всего одно — полукруглое, под самым потолком. Под окном стоял письменный стол, деревянное кресло. Лев посмотрел на бумаги на столе и на ноутбук, который смотрелся в этой комнате совершенно чужеродным. У стены стоял небольшой диван, чтобы можно было отдохнуть, никуда не выходя. Вторая дверь тоже была, но похоже, что снаружи она была замурована.

— Мне кажется, что тут она думала. Ведь не так просто вывезти какого-то человека из страны. Елена, похоже, была настоящим режиссером. Посмотри, тут она придумывала своим подопечным новые жизни.

Лев протянул Крячко папку, которая лежала на столе. Там были фотографии молодой женщины. Сначала в одном образе и вот уже совершенно в другом. Копии свидетельства о рождении на русском языке и следующее — на немецком.

Стас листал папку и не мог не восхититься:

— Слушай, ей бы работать где-нибудь в разведке, ты представляешь, какие легенды, алиби и прикрытия она бы придумывала.