Книга Рай с видом на ад, страница 48 – Владимир Колычев

— Ну, я уже искупался, за всех вас! — Роман поднял руку, показывая, как он плыл саженками.

— А мы за тебя сегодня оторвемся! — мечтательно улыбнулся Марков. — Сейчас соберемся и на пляж, шашлыки жарить будем!.. Костер разожжем! Палатку можно поставить!.. Вы с нами?

— А как же Рафаэль с Рудольфом?

— Я думаю, они уехали, — совершенно серьезно сказала Варвара.

— Куда?

— В Волгоград. Проблему с Ворокутой решили, деньги забрали, а Мальвина им не нужна. Мальвину пусть похоронят с Ворокутой, заслужила!

— Мальвина — это кукла? — догадался Зайцев.

— Кукла. Во всех трех лицах. Блондинка, шатенка и брюнетка… Кстати, твоя жена брюнетка, — сказала Варвара.

— И что?

— Ворокута с ней спал.

— Кто вам такое сказал? — Зайцев не понял шутки, вскинулся, не зная пока, как реагировать на оскорбление.

— В своих фантазиях. И со мной спал, и с Полиной, и с твоей женой. Исключительно в своих больных фантазиях.

— Больной человек, — стал успокаиваться Роман.

— Не будем о нем плохо.

— А что вы там про деньги говорили? — Зайцев, казалось, торопился сменить тему.

Не хотел он делиться с кем-то своей женой даже в больных фантазиях больного человека. Да и Борис терпеть не мог разговоров, которыми Варвара, казалась, льстила своему самолюбию.

— Ворокута деньги спрятал, а Шляхов их нашел. Там его и убили.

— И деньги забрали?

— Разумеется.

— А убил кто?.. Я в том смысле, жаль, что не манекен.

— Почему?

— Манекену деньги не нужны. Нужно подняться в горы, прочесать лес, найдем манекены — найдем и деньги… Но манекены же ни при чем? — улыбался Зайцев, давая понять, что шутит.

— Жаль, конечно. Так бы поохотились на Рафаэля, — засмеялась Варвара. — С Рудиком.

— А бесплатно не интересно? — подзадорил ее Борис.

— Интересно, но не настолько, чтобы коленки в кровь сбивать. Без денег можно на пляж, на шашлыки.

— Сбор в девятнадцать! — постановил Марков. И, немного подумав, добавил: — В приказном порядке. И в полном составе.

…Пляж полностью очищать не стали, слишком долго, хотя и вполне по силам, все отложили на потом, от водорослей освободили участок у самой воды, куда выводила ведущая от развилки дорога. Даже гальку подровняли. Марков принес пару пластиковых шезлонгов, Борис — кресло-качалку, а Зайцев три раскладных стула и столик.

Разбили бунгало, растопили мангал, разожгли костер, который очень скоро понадобился. Солнце зашло, луна яркая, вечер теплый, ни ветерка, вода в море чистая, но, увы, температура далека от идеальной. Варвара первой полезла в воду, Зайцев ее поддержал. Варвары хватило ненадолго, выскочила, подсела к костру, муж подал ей полотенце. А Роман даже не вытирался, дескать, нехолодно, но к огню подошел. Калерия не могла подать ему полотенце, потому что еще только собиралась к морю.

Ребенка она принесла в плетеной корзинке, Роман угодливо подал ей стаканчик вина. Калерия улыбнулась ему мило и благодарно, но покачала головой.

— Ничего страшного не случится! — настаивал Роман.

Калерия кивнула, соглашаясь, взяла, сделала глоток. Не красавица она, но миленькая, Зайцев ничуть не тяготился ею. А однажды даже посмотрел на нее так, как будто увидел впервые и увлекся. Сел рядом с ней на шезлонг, обнял за плечи.

И Марков увлечен был только своей женой. Определенно, Борису нравилась такая компания. И как-то совсем не хотелось скорбеть по Ворокуте. Но Петр вдруг предложил выпить за упокой его души.