Книга Скелет в наследство, страница 125 – Николай Леонов, Алексей Макеев

Вот такие это были зашифрованные намеки. С одной стороны, вполне прозрачные и откровенные, а с другой — попробуй-ка до них докопайся. Ну, а обо всех прочих своих намерениях Космонавт не говорил Людмиле даже намеками. А они были, такие намерения, как не быть. И Людмила должна была сыграть в них едва ли не главную роль. Сама того не ведая и не подозревая.

Во всей этой продуманной стройности был лишь один неясный вопрос — что делать с Людмилой после побега. Впрочем, об этом Космонавт особо не задумывался. Там будет видно. Главное — выбраться из лагеря, а Людмила — это вопрос номер два.

Так, в обоюдных письмах с признаниями в любви, минула зима, а за ней и весна. Все пока шло так, как Космонавт и предполагал. Никто за эти полгода ни в чем его не заподозрил, никто не нашел в его письмах к Людмиле ничего потаенного и предосудительного. С лагерным оперуполномоченным Космонавт также поддерживал отношения. Когда надо — с ним встречался, о чем надо — ему доносил. Словом, все шло по плану.

Между тем окончательно потеплело и зазеленело, а это означало, что подошло время для побега. И Космонавт исподволь стал претворять свой план в действие.

Первым делом он завел специальный разговор с оперуполномоченным.

— Просьбочка у меня имеется, — сказал Космонавт. — Жениться я хочу…

— Знаем такое дело! — ухмыльнулся оперуполномоченный. — И невеста твоя тоже нам знакома. Предварительно собрали о ней данные — на всякий случай.

— И что скажете? — с замиранием сердца спросил Космонавт.

Почему с замиранием сердца? Потому что от ответа оперуполномоченного зависело очень многое. По сути, зависело все, весь тщательно продуманный план побега. Если оперуполномоченный скажет «да», то это будет означать, что очередной пункт плана выполнен, и выполнен он именно так, как Космонавт и предполагал. А вот прозвучит слово «нет», то это будет крушением всех надежд Космонавта. Нужно, чтобы оперуполномоченный сказал «да». Во что бы то ни стало нужно, чтобы он произнес это короткое, решающее слово…

— Ну что ж, — не сразу ответил оперуполномоченный. — Ты на хорошем счету, никаких нехороших действий за тобой не замечено. Вот — помогаешь мне… Встал на путь исправления, можно сказать и так. И коль уж тебя приспичило жениться, то что ж… Лично я не против. Похлопочу, где следует ради такого дела.

Какое-то время оперуполномоченный молчал, с интересом разглядывая Космонавта, а затем продолжил свою мысль:

— Одно только мне непонятно… Для чего вообще тебе жениться? Ведь тебе сидеть еще и сидеть. Неужто твоя супруга будет верно тебя ждать все эти годы?

— Если любит, то подождет, — осторожно ответил Космонавт.

— Во как — любит! — насмешливо произнес оперуполномоченный. — Интересная получается у вас любовь. Ты — тут, она — где-то там…

— В одной песенке поется — любовь важней, чем расстояния, — усмехнулся Космонавт. — И потом, не факт, что я отмотаю весь срок от звонка до звонка.

— Это как так? — удивился оперуполномоченный. — А куда ж ты денешься?

— Например, уйду по условно-досрочному. Или, скажем, вдруг случится какая-нибудь амнистия. Всякое может быть в жизни. Разве не так?

— Ну-ну, — сказал на это оперуполномоченный.

— Ну, так что же? — спросил Космонавт.

— Сказал же — похлопочу, — ответил на это опер. — Так что можешь готовиться к бракосочетанию. Так сказать, к таинству. Могу даже священника пригласить, если желаешь. Чтобы, значит, он вас обвенчал. Сейчас это вроде как модно — венчаться. Сейчас зеки такое дело уважают. Сейчас все зеки — народ набожный. Ну, так похлопотать насчет священника?