Онлайн книга «Скелет в наследство»
|
— Вот и хорошо, — сказал Чернов. — Итак, вопрос первый… Но задать он его не успел, потому что в кабинет неожиданно заглянул Гуров. — А, ты здесь, — сказал Гуров Чернову. — Никуда не собираешься отлучаться? — Откуда мне знать? — Чернов пожал плечами. — Я — человек подневольный. Случится, скажем, какая-нибудь беда вроде кражи или, не доведи и помилуй, убийства, я туда и отправлюсь. Я сегодня — дежурный опер. Будто сами не знаете, как это бывает. — Знаю, — усмехнулся Гуров. — Что-то случилось? — коротко осведомился Чернов. — И да, и нет, — так же коротко ответил Гуров. — Просто рядом с одним адресом появился интересный человечек. Появился, значит, покрутился и ушел. Спрашивается, зачем он там крутился? — Может, тот самый? — спросил Чернов. — Говорят, что нет, — ответил Гуров. — Не похож… — Разведка? — предположил Чернов. — Черт знает что. Может, разведка, а, может, какая-нибудь праздношатающаяся личность. Все может быть… Вот, держу тебя в курсе. Чтобы, значит, ты был наготове. А это у тебя кто? — Гуров кивнул в сторону Инны. — Понятия не имею. Вот — велено разобраться. Покамест же она — таинственная гражданка. Заморочила голову и патрульно-постовой службе, и оперативному дежурному. Дежурный говорит мне — разбирайся с ней сам. Ты — уголовный розыск, ты это умеешь… — Вот и разбирайся, — улыбнулся Гуров. — Не желаете ли подключиться? — спросил Чернов. — Вдвоем оно веселее. — Пожалуй, — подумав, согласился Гуров. Первым делом он внимательно оглядел Инну. Никаких особенных выводов он из этого не сделал — разве только самые поверхностные. Женщина как женщина, к преступному миру, похоже, никакого касательства не имеет. Вот только чем-то расстроена или, может, напугана… — Итак, — сказал Чернов, взглянув на женщину. — Вы кто? Инна назвала себя. — А причем тут поэзия? — спросил Чернов. — Я — поэтесса, — ответила Инна. — И тот, который у меня в гостях, он тоже поэт. Верней, это он так сказал, что поэт. А на самом деле — никакой он не поэт. Только прикидывается. Называет себя поэтом… Будто маскируется… — Вот как — маскируется? — насторожился Чернов. — И для чего же ему маскироваться? — Я не знаю… — Ну, хорошо… Расскажите о нем подробнее. Как его имя, как вы с ним познакомились, как он оказался у вас дома… Инна рассказала. Чернов и Гуров выслушали ее рассказ в молчании. — Значит, Руслан… — сказал Чернов. — Но почему вы думаете, что он — не поэт, а лишь назвался поэтом? — Он не хочет мне читать свои стихи, — сказала Инна. — И что? — спросил Чернов. — Вы где-нибудь видели поэта, который не хотел бы читать свои стихи, когда его об этом просят? — Инна посмотрела вначале на Чернова, а затем на Гурова. Чернов ничего не ответил, он на миг даже растерялся от такого неожиданного вопроса. Он никогда не имел дела с поэтами, для него они были загадкой, или, иначе говоря, субъектами, не заслуживающими внимания. В какой-то мере это было объяснимо и оправдано: поэты — это все-таки не квартирные воры, не мошенники и не душегубы. Что касается Гурова, то он отреагировал на вопрос Инны встречным вопросом: — Значит, вы считаете, что он выдает себя за кого-то другого? — Наверно, — ответила женщина. — Я даже и не знаю, что подумать… И стихов не читает, и на вокзал за вещами не хочет идти, и на улицу — тоже… Будто опасается, что его там кто-то увидит… |