Книга Ромштекс с кровью, страница 67 – Константин Штепенко

«Теперь мишенью становлюсь я!», подумал он с удовлетворением и, повернувшись на каблуках, зашагал к джипу, возле которого сидел на корточках Расул.

– Что скажешь, дорогой? Что посоветуешь? – Спросил Денис, рассказав разведчику о подоплеке происшедшего.

– Не обращай внимания. Уверен, что в больнице не найдут никакого яда, и констатируют смерть по натуральным причинам. У Догерти его тоже не будет – скинул давно. Пусть остается, если захочет. Лучше иметь его рядом, чтобы можно было приглядеть за ним, чем ломать голову над его возможными каверзами. И вообще, меня это не касается. Это чисто твоя прерогатива следить за внутренним порядком. Пусть они друг друга все перетравят, лишь бы американка дожила до того момента, когда мы найдем ее трахальщика. Иначе дальнейшие поиски станут бессмысленными, и мой интерес к делу будет подозрителен.

– Но ведь это преступление!

– Заяви в милицию. У меня другой профиль. Посуди сам, англичанин пытается отравить ирландку, потому что боится ее разоблачений. Погибает его напарник, которого кроме как матюками и не вспомнишь. Вопрос простой – а нахрена мне эти гамлетовские заморочки? Да и тебе тоже! У меня своя строго очерченная задача. У тебя тоже есть обязанности, но свободы выбора у тебя больше. В любом случае концентрироваться все равно следует на главном. Поэтому работаем каждый по своей теме и не отвлекаемся на порожняк.

– Что ж, ты прав по-своему. Просто я отвык от службы. Забыл, что такое приказ и долг. Сам себе приказываю, сам приказы выполняю.

– С долгом у тебя все в порядке. Просто не нужно записывать себя в должники к каждому встречному.

* * *

В женском фургоне настроение было на грани истерики. Джой была до смерти напугана, а Сью готова была взорваться от распиравшего ее гнева и возмущения. У нее проснулось горячечное желание искать справедливость, за которым вполне явно проглядывал тот же испуг. Еще бы! Ведь до этого она комфортно переживала чужие почти виртуальные приключения и трагедии, сидя в первом ряду партера, а теперь эта виртуальная реальность материализовалась и грубо вторглась в ее жизнь, показав ее хрупкость и эфемерность.

– Как ты мог так поступить, Дэн? Если ты знал, что в кофе что-то подмешано, то ты должен был потребовать объяснений.

– У кого? Постарайся понять – я не знал, был ли кофе отравлен, и сейчас не знаю. Это было лишь подозрение, плод утомленного нервным напряжением мозга. Какие доказательства я бы предъявил? Даже если там что-то и было подмешано, ни одна рядовая лаборатория не смогла бы определить это вещество. Мы ведь так и не знаем, отчего умер Макс. Налицо все признаки остановки сердца. Думаю, что вскрытие ничего другого не обнаружит. В жизни такое случается. Есть масса природных веществ, которые совершенно безобидны, но во взаимодействии с другими веществами, могут формировать комплексные токсины.

– Но ведь он выпил кофе из чашки, предназначенной Джой! Значит все-таки что-то было!

– Не вижу логики. Никто не знает, было ли там что-то, или это просто совпадение. Я решил перестраховаться и поменял чашки. Я подозревал Дика, но подменить его чашку не мог, так как он с ней не расставался, поэтому я выбрал Макса. Они коллеги, напарники, и возможно, единомышленники. Поэтому для меня было вполне логично подсунуть подозрительный напиток ему, а не тебе, например. Помните у Шекспира: «Как, и рапира с ядом? Так ступай, отравленная сталь, по назначенью!»