Книга Под прицелом, страница 258 – Том Клэнси, Марк Грени

Нун и Ништар работали более трех часов на холодном складе, находя время, чтобы согреть руки над кирпичной угольной печкой, которая была разожжена в углу, чтобы их пальцы оставались гибкими для сложной работы по извлечению ядерных устройств из корпусов бомб MK84, необходимых для размещения их в контейнерах с полезной нагрузкой. Группа личной охраны Рехана стояла рядом, готовая помочь с подъемниками двигателей и выдвижными стеллажами. Сафронов предложил для этой работы людей из Джамаат Шариат, но Рехан отказался, сказав ему держать своих боевиков внутри ворот по периметру, но готовыми к любой угрозе извне. Как только бомбы покинут Душанбе, пояснил Рехан, они перейдут к Сафронову, но пока ими владеет Рехан, и им займутся его люди.

Когда Нун и Ништар проверили некоторыеданные на ноутбуке, стоявшем на столе рядом с первым контейнером с полезной нагрузкой, Рехан и Сафронов подошли к ним сзади. Генерал протянул руку и положил свои толстые руки на спины двух мужчин. Они продолжали работать.

— Доктора, как у вас продвигаются дела?

Доктор Ништар ответил, заглядывая в контейнер и изучая конфигурацию боеголовки.

— Еще несколько минут на эту боеголовку, а затем мы приступим ко второй. Мы обошли механизмы кода запуска и установили предохранители радиовысотомера.

— Покажите нам.

Нун указал на устройство, прикрепленное к боковой части бомбы. Это было похоже на металлический портфель, и в нем находилось несколько механических частей, соединенных между собой проводами, а также компьютерная клавиатура и светодиодная индикация. Он сказал:

— Есть радиовысотомер, который уже установлен. Когда устройства достигнут высоты в шестьдесят тысяч футов, они приведут в действие оружие, а когда оно опустится до тысячи футов, оно сдетонирует. На детонаторе есть резервный барометр, а также ручное управление детонацией по времени, которое вам не понадобится для запуска боеголовки. Кроме того, мы установим предохранитель на дверце контейнера с полезной нагрузкой, так что, если кто-нибудь попытается открыть его, чтобы извлечь оружие, ядерная бомба взорвется.

Георгий улыбнулся и кивнул, высоко оценивая работу мужчин на благо Дагестана.

— И вы сделаете то же самое для другого устройства?

— Конечно.

— Превосходно, - сказал Рехан, похлопывая мужчин по плечам. — Продолжайте.

Сафронов покинул склад через несколько минут, но Рехан отстал. Он вернулся к двум ученым-ядерщикам и сказал:

— У меня есть к вам обоим одна маленькая просьба.

— Все, что угодно, генерал, - сказал доктор Нун.

Девяносто минут спустя генерал Рехан обнял Георгия Сафронова возле ремонтного гаража и пожал руку каждому из дагестанских бойцов. Он назвал их храбрыми братьями и пообещал им, что, если они примут мученическую смерть, он назовет улицы в своей стране в их честь.

Затем Рехан, Хан, представители ПАЭК и группа охраны Рехана выехали через главные ворота автобусной фермы на четырех автомобилях, забрав с собой все следы своей работы и оставив позади дагестанских боевиков и два контейнера с полезной нагрузкой "Днепр-1".

Через несколько минут после этого сами дагестанцы отбыли, подаркииз Пакистана были аккуратно погружены в их прицепы для долгой поездки на север.

Джейсон Кларк провел все утро в засаде на крошечной скамейке в парке на Пушкинской площади в центре Москвы. Его окружало два дюйма свежего снега, но небо было ясным. Он в полной мере воспользовался тактическим преимуществом температуры, надев тяжелое пальто с толстым меховым капюшоном. Он представил себе, что если бы его собственная жена сидела рядом с ним на этой скамейке в парке, она бы понятия не имела, кто он такой.