Книга Серый Человек, страница 129 – Марк Грени

В самом темном месте переулка мелькнуло какое-то движение, и слева от него внезапно появилась мужская фигура. Прежде, чем включились его отработанные рефлексы, Корт увидел руку с ножом, выброшенную из низкого замаха. Джентри выбросил правую руку, чтобы блокировать удар, но не успел.

Раньше он всегда успевал.

Корт Джентри почувствовал, как нож вонзился ему в живот и взрезал мягкую плоть чуть выше левой тазобедренной кости.

В два часа ночи луч света проник в темную спальню на втором этаже. Сэр Дональд лежал без сна. Остальные члены семьи переместились в его комнату, чтобы за всеми мог наблюдать один охранник. Клэр беспокойно ворочалась слева от своего деда, Кэти безмятежно похрапывала справа. Элиза была так накачана успокоительными, что было трудно понять, спит ли она или потеряла сознание. Она распростерлась на тахте в другом конце комнаты.

Дональд увидел силуэт шотландского охранника по фамилии Макспадден. Если тому приказали тайно помучить пленника, Фицрой сомневался, что выдержит.

Макспадден подошел к кровати, не обращая внимания на спящих девочек, и шепотом обратился к Фицрою:

— Я предлагаю сделку, старик. Вот телефон. Я забрал его из рюкзака одного из белорусов. Сейчас они все выдвинулись на боевые позиции; я единственный, кто остался на этаже.

— Отвали, — сказал Фицрой. — Я пытаюсь уснуть.

— Если вы умрете, у вас будет для этого уйма времени.

— Думаешь, я не почую ловушку? К чему такому подлецу, как ты, совать мне проклятый телефон?

— Потому что… потому что я хочу получить… какое-то снисхождение, когда все закончится.

Фицрой повернул свою массивную голову на подушке и вгляделся в человека, стоявшего над ним.

— Какое снисхождение?

— Серый Человек… Я слышал, что он сделал в Киеве. Если это правда, и если он провел хотя бы половину операций, о которых все говорят… если он убрал команды в Праге, Будапеште и Швейцарии… Черт, он может проникнуть сюда. Если это произойдет, я бросаю пушку и даю стрекача. Я не буду сражаться с этим хладнокровным ублюдком. У меня есть пара вещей, ради которых стоит жить, понимаете? Да, если он объявится здесь, а я убегу, мне совсем не хочется, чтобы Дональд Фицрой или его безумный цепной пес открыли охоту на меня. Понимаете?

Шотландец протянул телефон Фицрою, и тот взял его.

— Честно? — спросил Фицрой.

— Возможно, завтра утром вы будете мертвее мертвого, сэр Дональд. Я не собираюсь слишком сильно высовываться. Но если вы останетесь живы, то помните, что Юэн Макспадден помог вам.

— Я так и сделаю, Юэн.

— Позвоните вашему псу и скажите, что если он доберется сюда… я парень в зеленой рубашке и черных штанах. Мой пистолет будет валяться на полу; он может не беспокоиться об этом.

— Ты хороший паренек, Макспадден.

Шотландец отступил в темноту. Луч света снова появился, потом сузился и погас, когда он закрыл за собой дверь.

* * *

Нож еще глубже вонзился в живот Джентри. Боль была душераздирающей; от нее подгибались колени, расслаблялся желудок. Произошло что-то непонятное для Джентри; когда он посмотрел вниз, то увидел, что каким-то образом зацепил запястье нападавшего изогнутой ручкой зонтика. Джентри резко дернул вниз металлическую штангу зонтика. Ему не хватило сил вытащить нож из тела, но, по крайней мере, клинок вошел внутрь не более чем на пять сантиметров. Больно, мучительно больно, но гораздо лучше, чем если бы нож вошел по рукоятку, или хуже того, взрезал бы ему живот, как выпотрошенной рыбе.