Книга Идеальный убийца, страница 14 – Уорд Ларсен

Он доел суп и протянул ей чашку. Она подумала, не предложить ли еще, но не успела она опомниться, как он откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Кристин налила себе чашку и изучающе посмотрела на своего пациента. В течение нескольких минут он был неподвижен, его дыхание было ритмичным. В течение дня она проверяла его ежечасно. Он был в серьезной форме, когда впервые попал на борт, и Кристина беспокоилась, что ему может стать хуже. Теперь она заставляла его есть и принимать жидкости. Волдыри на его лице и руках все еще выглядели свежими и болезненными, но, в целом, он, казалось, чувствовал себя на удивление хорошо. Кристина натянула одеяло ему на грудь. Сейчас он казался умиротворенным, но она вспомнила выражение, которое было в его глазах всего несколько минут назад. Что в этом было такого странного?

Ты любопытный, подумала она. Самый любопытный мужчина, которого я когда-либо вытаскивала из океана.

Спешно созванное заседание Кабинета министров Израиля собрало двадцать человек за большим столом для совещаний из красного дерева. Они представляли собой смесь самых верных политических союзников и врагов премьер-министра. Большинство из них были членами кнессета, которые были повышены путем партизанского поединкадо министерского статуса. Единственным человеком, у которого не было постоянного места за столом, был директор Моссада. Антон Блох сел в кресло отсутствующего министра связи, который был в Аргентине и совершенно безвозвратно пропал. У дальней стены также сидел незнакомец, по бокам от которого стояли два пустых стула, что подчеркивало его изолированность.

Когда Бенджамин Джейкобс вошел в комнату, все остались сидеть. Его предшественник ожидал, что все встанут, но нынешний премьер-министр был не из тех, кто соблюдает формальности. Он занял место между Соней Фрэнкс, министром иностранных дел, и Эхудом Заком, министром финансов.

«Добрый день, леди и джентльмены», - сказал Джейкобс, его тон подразумевал обратное. Он говорил по-английски. Обычно такие встречи проводились на иврите, но английский понимали все сидящие за столом, и большинство правильно догадались, что он был выбран в интересах их гостя. После негромкого опроса Джейкобс решил, что около половины присутствующих не присутствовали на предыдущей встрече по теме дня. Премьер-министр знал, что ему придется чертовски дорого за это заплатить, но он был готов.

«Я уверен, вы все узнали одного незнакомца в этом Кабинете», - сказал Джейкобс, указывая на мужчину у дальней стены, одетого в незнакомую военную форму.

«Дамы и господа, я представляю генерала Вильма Ван Руута из Национальных сил обороны Южной Африки».

Южноафриканец вытянулся по стойке «смирно» и официально кивнул. Это был высокий, худощавый мужчина с костлявыми чертами лица и усами, торчащими торчком. Ван Руут молча сел обратно.

Джейкобс продолжил: «Я признаю неправильность присутствия такого человека, как генерал Ван Руут, на заседании Кабинета министров, но я думаю, что причины его присутствия здесь скоро станут ясны. Неделю назад директор Моссада обратился ко мне за одобрением миссии, по меньшей мере нерегулярной операции, у которой было короткое окно возможностей. Это было сопряжено с риском. Однако, на мой взгляд, бездействие сопряжено с еще большим риском. Я созвал немедленное заседание Кабинета министров, и после некоторого обсуждения миссии был дан зеленый свет. Поскольку некоторых из вас здесь в тот день не было, я позволю Антону ввести вас в курс дела.»