Книга Калашников, страница 50 – Альберто Васкес-Фигероа

Он поднялся, взял рюкзак, винтовку и автомат пленника. Затем кивнул Роману Баланегре:

– Хватай ракеты и уходим. Скоро стемнеет, а это место – дрянное для ночевки.

Тот послушно пошел следом, пробормотав:

– Ты садист, черный. Мог бы сразу сказать ему, что змея без яда.

– А почему ты не сказал?

– Я догадывался, но не знал наверняка.

– Ну да, конечно!

Они практически остались в полном одиночестве за своим уединённым столиком, и, подав кофе и напитки, официанты держались на почтительном расстоянии, понимая, что это ресторан, в который ежедневно приходят десятки депутатов Европарламента, обсуждая деликатные вопросы, в которых часто были замешаны значительные интересы.

По этой причине его владелец установил эффективную систему, мгновенно обнаруживающую любые попытки записи или прослушивания, которые могли бы использоваться в его заведении.

В Брюсселе сочетание уютной обстановки, простой, но достойной кухни, хорошего сервиса, разумных цен и безупречной конфиденциальности обеспечивало ресторану постоянную и благодарную клиентуру, что всегда было отличной наградой.

Саша Гастель, который во время «секретных миссий» предпочитал представляться как Гермес, закончил рассказывать о своём невероятном опыте – полёте над джунглями западной части Центральноафриканской Республики на древнем вертолёте, а также о ночи, проведённой в окружении москитов, когда он ждал, что его, возможно, сожрёт лев. Завершив рассказ, он добавил с широкой улыбкой, полной гордости и удовлетворения:

– Я выполнил свою часть задания, рискуя собственной жизнью. Кто из вас может сказать то же самое? Ну? Кто?

– Никто… – честно признал Том Скотт. – И, если хочешь знать правду, я тебе завидую. Должно быть, это было потрясающе!

– Скорее, охренительно!

– А каков этот человек? – спросила Валерия Фостер-Миллер. – Белый охотник.

– Необычный.

– Что это значит?

– Он такой же странный, как и его фамилия, и ведёт себя так, что это можно описать только словом «необычный». В один момент он действует как Рэмбо, а в следующий – как озорной мальчишка, отпуская нелепые шутки и говоря глупости.

– Но он справится? – спросил Виктор Дуран. – Думаешь, мы выбрали правильного человека?

– Кто может это гарантировать? – логично ответил Саша. – Когда летишь над болотами и джунглями, которые иногда кажутся ковром из древесных крон, скрывающих землю более чем на час полёта, понимаешь, что это гигантское стог сена, в котором никто не найдёт иглу, которая к тому же умна и не сидит на месте. – Он сделал паузу, чтобы привлечь внимание друзей, а затем добавил: – Однако, когда видишь, как эти двое передвигаются по джунглям, словно у себя дома, и понимаешь, что они знают каждый уголок этой местности как свои пять пальцев, приходит осознание, что дни Джозефа Кони сочтены.

– Дай бог! Потому что его проклятая армия продолжает убивать невинных каждую неделю без передышки, – прокомментировала Валерия. – Расскажи нам ещё о Бала Негре… Он женат?

– Опять начинается романтическая история о прекрасном белом охотнике! – засмеялся Саша. – Насколько мне удалось узнать, он был женат на конголезской медсестре, специалистке по СПИДу, которая родила ему двоих детей. Сын работает гидом по фотоохоте в Кении, а дочь изучает медицину в Лондоне. Его жена, судя по фотографиям, развешанным по всему дому, была красавицей, но погибла около пяти лет назад – её убил пациент. С тех пор Роман живёт один. Но не строй иллюзий: у меня сложилось впечатление, что веснушчатые блондинки – это не его типаж…