Книга Калашников, страница 9 – Альберто Васкес-Фигероа

– С места, где можно найти естественные, но необычные ароматы.

– Здесь все естественные. И все разные. Но, думаю, я знаю, что ты ищешь. Возвращайся за час до рассвета, и я покажу тебе пару своих любимых мест.

В назначенный час, когда ночь еще не рассеялась, они отправились в путь: девушка шла впереди, освещая дорогу мощным фонарем, а он следовал за ней в нескольких шагах. Было удивительно и приятно видеть, как Казацкий Нос оправдывает свою репутацию: даже в темноте он безошибочно угадывал, мимо чего они проходят – яблонь, апельсиновых или персиковых деревьев, клумб с розами, туберозами или жасмином.

За несколько минут до того, как солнце заявило о своем присутствии на горизонте, легкая дымка окутала пейзаж, делая его почти призрачным. Первый утренний ветерок разбудил цветы, и капли росы, испаряясь с их лепестков, наполнили воздух своими ароматами, привлекая как можно больше насекомых. Над полями разлилась волшебная симфония запахов, способная опьянить мужчину с таким утонченным обонянием, как у Юрия Антанова.

– Это рай! – воскликнул он в тот момент, когда первый луч солнца медленно прорезал горизонт, наполняя мир тысячей мягких оттенков – от бескрайнего моря до далеких гор.

– А глуп тот, кто променяет это на город, – заметила девушка. – Начинаешь меня понимать?

– Теперь я тебя понял.

Они погрузились в океан ароматов, единственным сопровождением которого были песни жаворонков. Постепенно к ним присоединились голоса множества утренних птиц и торопливый крик петуха. Не было ни одного постороннего шума – ни грохота машин, ни голосов людей. Только отдаленный звон колокола напоминал, что где-то еще существовал мир.

Сидя на каменной стене, они глубоко вдыхали воздух, осознавая, что испытывают нечто похожее на долгий оргазм чувств, интенсивность которого вскоре начнет угасать.

Спустя час они позавтракали – так, как это было в привычке у Орхидеи: крепкий кофе и свежеиспеченный хлеб с вареньем из жасмина и роз в уютном кафе на живописной улице Жан Оссола. Именно тогда девушка решила удовлетворить свое любопытство относительно того, действительно ли ее спутник – казак.

– Чистокровный.

– А ты хорошо ездишь верхом?

– Лучше управляю тремястами лошадиных сил «Феррари», – честно признался он. – Надо признаться, что единственный раз, когда я решился сесть на коня, продержался в седле всего три минуты. Разочарована?

– Очень. Я думала, что казаки – легендарные всадники, бесстрашные воины, любящие свободу, которые всегда сражаются и скачут без законов, кроме тех, что устанавливают себе сами.

– Времена меняются… – с горькой улыбкой заметил парфюмер. – Во время русской революции те самые мифические всадники, о которых ты говоришь, открыто выступили против большевиков. Когда те победили, тысячи казаков были казнены, а оставшиеся вынуждены эмигрировать. После Второй мировой войны Сталин, который все еще ненавидел казаков, потребовал от англичан выдать ему всех, кто оставался в Европе, хотя почти никто из них не пережил Великую войну. Пятьдесят тысяч казаков, прибывших из Сербии, Италии, Голландии, Германии и Франции, были собраны в Австрии, чтобы затем отправиться в контролируемую Советским Союзом часть Германии. Это назвали Операцией «Килхаус», и большинство из них были расстреляны в одной из самых жестоких бойней, произошедших в мирное время. Так как среди них были трое моих дедов, если я когда-нибудь создам по-настоящему уникальный парфюм, я назову его «Килхаус-3» в их честь.