Книга Эпицентр, страница 61 – Дмитрий Поляков-Катин

Олендорф слегка замешкался, но, собравшись с

мыслями, посмотрел на флажок с гербом города и ответил:

— В геральдике страус — символ стойкости.

— Не очень понимаю, почему? — удивился Шел-ленберг и хмыкнул: — Впрочем, если третьей опорой

считать голову в песке.

Над озером с громким кряканьем пронеслась стая уток.

На обратном пути, сидя на заднем сиденье своего «Мерседеса», Шелленберг медленно курил и думал: «Если самые умные все свои надежды возлагают на идею, значит, дело дрянь, значит, времени осталось

мало».

На следующий день он встретился с Майером иШпааном в конспиративной квартире на Пренцлау-эраллее. Шпаан, сотрудничавший с ним более полутора лет, так и не сумел преодолеть в себе подобострастного ужаса маленького человека перед большим боссом и смотрел на Шелленберга глазами усердно внемлющего ничтожества, хоть и был на двадцать лет его старше. Тем не менее он набрался смелости, чтобы душевно поздравить того с присвоением звания бригадефюрера.

— Спасибо, Шпаан, вы очень внимательны. — Смахнув со своей шляпы невидимые пылинки, Шел-ленберг повесил ее на крючок. — А с учетом того, что вы разглядели погоны на плечах моего гражданского костюма, так даже подозрительно внимательны.

Шпаан не понял шутки и смутился. Шелленберг легко приземлился в кресло, закинул ногу на ногу.

— Давайте, Шпаан, рассказывайте, как там дела в Хайгерлохе? — спросил он, жестом предложив им сесть. — Хоть тут у нас есть успехи.

Шпаан рванулся, чтобы вскочить, но Шеллен-берг удержал его на месте.

После получасового доклада о положении дел в недавно отстроенной лаборатории возле баварской деревушки Хайгерлох, полного технических подробностей, связанных с детищем Гейзенберга — урановым котлом В-VIII, Шпаан, увлекшись, перешел к обобщениям:

— И Гейзенберг, и Багге, и Вайцзеккер — молодые ребята. Оно поглощены научным поиском, их влечет азарт. Видите ли, господа, бомба для них — побочный результат эксперимента. А главное — это управляемая цепная реакция. Открытие, которое перевернет мир. Вот почему их усилия — во всяком случае, Гейзенберга и Вайцзеккера — сосредоточены на строительстве котла В-VIII. Они хотят подарить миру урановую машину, устойчивый метод получения цепной реакции для любых нужд, не только военных.

— Самое время, — мрачно заметил Шелленберг.

— Что? А. ну, да. конечно. — Шпаан почесал нос и встрепенулся. — Но это не означает, что всё остановилось, нет. Изотопные шлюзы Багге действуют, уран, пусть помаленьку, но нарабатывают… Какие-то вопросы со взрывателем, не знаю, к этому привлечены конструкторские бюро. Да, и говорят, хорошие результаты у фон Арденне в Лихтерфельде. Я там, увы, не бывал, и подробности мне не известны, Арденне работает изолированно от нас, лаборатория частная, но его центрифуга, так называемый электромагнитный сепаратор, по слухам, тоже может накапливать обогащенный уран для бомбы.

— А где сейчас Гейзенберг? — спросил Майер.

— Курсирует между Хайгерлохом и Берлином. Ему трудно обходиться без здешней высоковольтной установки, но бомбежки. вы понимаете.

— Доктор, вот вы умный, опытный человек. — Шелленберг говорил ровным голосом, при этом разглядывал свои ухоженные ногти. — Приступая к какому-то эксперименту, вы обычно направляете в Министерство финансов бюджет, соответствующий этапам его реализации, вплоть до результата. Так почему, черт возьми, никто не может дать внятный ответ: в какие сроки урановая бомба будет готова к применению?