Книга Реверанс с того света, страница 50 – Хачик Мнацаканович Хутлубян

Андрей, почувствовав неловкость и стыд, никак не мог понять: он что, угадывает мысли? Он хотел извиниться, но Шура опять опередил его:

– Не мучься. Будет время, я расскажу, что произошло. И ты все поймешь.

Пока длилась эта дискуссия, Капитан также о чем-то спорил с Петровым. Шура с Андреем, замолчав, услышали концовку:

– …так что, думаю, надо действовать.

– Хорошо. Согласен. Хоть это и рискованно, но темноты дожидаться не будем.

– Это вы о чем? – обратился к ним Примеров.

– Мы о том, что надо идти в карьер сейчас, а не с наступлением ночи. Иначе мы дождемся, что нас схватят. Вероятность, что нас ждут у карьера, есть, но есть и обратная вероятность…

Где-то через час с небольшим четверо беглецов достигли железнодорожной насыпи и, к собственному удивлению, благополучно преодолели ее. Еще через километр они уже переводили дух, спустившись в карьер.

– Пусть прочесывают округу. Хрен нас здесь найдут, – тихо позлорадствовал Миша.

Отыскав невысокую, в половину человеческого роста, нору, он завел в нее товарищей, оставшись замыкающим. Дальше проход расширялся, где передвигаться можно было уже слегка согнувшись. Усталые и обессиленные, все расселись отдохнуть, когда заметили, что их всего – трое.

– А где Миша? – оглядевшись, спросил Андрей.

– Вроде следом шел. – Капитан тоже стал озираться.

– Придет, никуда не денется. Я, кажется, догадываюсь, где он, – ответил им Шура.

Вскоре у входа в пещеру послышалась возня. С голым торсом, согнувшись в три погибели, пропавший на время Миша осторожно приближался к ним, вытянув вперед руку с узелком. Когда он подошел ближе, всем стало ясно, где он пропадал. Троица вспомнила, что помимо их пещеры карьер был утыкан и другими лазами, а также многочисленными птичьими норами.

– Много насобирал? – первым поинтересовался Шура.

– Омлет не обещаю, но сырых яиц тут навалом. Если птички возражать не будут, то нам надолго хватит, – аккуратно положил на землю добычу Петров. – Мы в детстве с пацанами тут частенько этим баловались. – Взяв одно из яиц, он показал, как надо его правильно поглощать…

Когда с едой было покончено, Миша поднял использованную в качестве узелка «шведку» и слегка потрусил ее. Из нагрудного кармана выпалакакая-то карточка.

– Фотографию любимой девушки у сердца носишь? – поднимая ее, улыбнулся заморивший червячка Андрей. – Посмотреть можно?

Повернув снимок к свету, он удивленно поднял брови:

– Это что у тебя? Откуда?

– Я Капитану хотел показать, да в суматохе забыл. Помните, я говорил, что сфотографировал полковника Лобкова с тем хмырем, с которым он каждый четверг в кафе «Пригородное» харчится?..

– Знаешь, кто это? – ткнул пальцем в «хмыря» Андрей.

– Кто?

– Он служит в штабе округа. Подполковник. Емельянов его фамилия. Да. Владимир Емельянов, подполковник из штаба округа. Он снабдил меня компроматом на заместителя командующего по тылу генерал-лейтенанта Порошина…

– Теперь с этого места, Андрей Владимирович, поподробнее, пожалуйста. – Вдруг перейдя на «вы», Капитан подошел, присел рядом с Примеровым и взял у него из рук фотографию.

Андрей, не упуская деталей, стал вспоминать, как «честный» офицер всучил «смелому» журналисту документы, а потом вместе со своей подружкой – генеральской дочкой – разыграл комедию, в которой роль «рыжего клоуна» отводилась ему. Увлекшись, он поделился и своими предположениями, зачем на самом деле понадобилось им «валить» генерала…